Прислужники Гитлера. Немецкие разведывательно-диверсионные школы и курсы на территории Белоруссии в 1941–1944 гг.

В Кратком обзоре о положении на оккупированной территории Полесской области БССР указывалось, что «гестапо, жандармерия и другие органы германской контрразведки широко применяют вербовку сельской интеллигенции, особенно учителей для выявления партизанских стоянок, баз, передвижения партизанских отрядов. Учителя для этих целей используют детей, которые часто ходят в леса, особенно в летнее время за ягодами и грибами». Задержанный и расстреляный партизанами агент, бывший учитель д. Носовичи на допросе сознался, что по заданию Василевичской жандармерии он регулярно информировал последнюю о появлении партизан, о местах их стоянок и расположении баз, «причем сведения эти, главным образом, получал от учеников, которые приходя к нему как к учителю, рассказывали, где видели партизан, сколько и куда они направляются, не подозревая того, что их учитель все передает немцам»[974]. Учительница Мокринской школы Клетнянского района по заданиям немцев ходила в тыл Красной армии на разведку и выдавала красноармейцев[975]. Такая практика активно применялась немецкой разведкой с 1941 г. [976]

Также привлекались к шпионской работе и представители других профессий: агрономы, землемеры[977], фотографы[978]. Для борьбы с городским подпольем и партизанскими связниками вербовались те, «кто имеет ларьки, пивные. Здесь они прислушиваются к разговорам пьяных людей, начинают предлагать выпить и подталкивают разговор на партизан. Если этот человек поддается, то с ним заводят дальнейшее знакомство и в дальнейшем выявляют агентов партизан»[979].

В архивных документах[980] и историографии[981] встречаются сведения о том, что иногда для шпионской работы привлекались инвалиды. В Материалах по агентурной обстановке на территории СССР, временно оккупированной немцами от 1 февраля 1942 г. указывалось: «Отмечаются также факты, когда немцы для своих разведывательных целей используют полуидиотов, уголовный и аморальный элемент (жулики, проститутки)»[982]. Агент-вербовщик Леонид Проценко получил указания от немецкого резидента Юнга, «чтобы мы подбирали таких людей из местного населения, в частности женщин, которые имеют детей, слепых и хромых мужчин, которых с приходом советской власти на эту территорию не смогут призвать в Красную Армию»[983].

В ноябре 1943 г. в белорусских лесах были разоблачены 4 подростка-инвалида, прошедшие специальную подготовку в спецшколе в г. Гдыня (Польша). Они были направлены с заданием «проникновения в пункты расположения партизан и шпионской работы и отравления колодцев»[984]. В один из партизанских отрядов Могилевского района прибыл одноногий мужчина-инвалид Владимир Рубенков, который маскировался под нищего. В процессе его разоблачения выяснилось, что он являлся агентом немецкой СД. Цель его внедрения – «узнать силы партизан, чем вооружены, расположение аэродромов и отравление командного состава при полках и отрядах»[985]. В отчете соединения партизанских отрядов Минской области по агентурно-оперативной работе за январь – апрель 1944 г. указывалось: «В роли связных по сбору сведений о партизанах гестапо использует инвалидов, слепых в виде нищих с подставленными ими же несовершеннолетними проводниками…»[986] Уже в мае 1944 г. во 2-й Минской партизанской бригаде были разоблачены немецкие агенты Владимир Довгаль и Федор Гулякевич. Слепой Довгаль со скрипкой ходил по лесам, а Гулякевич был ему в качестве проводника[987].

Таким образом, можно констатировать, что немецкие спецслужбы активно привлекали к шпионской работе те категории населения и представителей тех профессий, которым легче было внедриться в партизанские отряды (инвалиды, медицинские работники, лесники) и в которых была потребность у соединений «лесных солдат». В качестве вербовочных пунктов в городах активно использовались различные «социальные службы» и органы оккупантов – биржи труда, строительная «Оргганизация Тодт» и др. Вместе с этим укажем, что говорить о какой-либо устойчивой тенденции и закономерности в привлечении представителей той или иной профессии говорить некорректно. Например, множество медицинских работников активно действовали в подполье и боролись с врагом в партизанских соединениях[988].

Глава 5Немецкие разведывательно-диверсионные школы и курсы на территории БССР в 1941–1944 гг

5.1. Немецкие разведывательно-диверсионные школы и курсы на территории Брестской области