Призраки прошлого. Структурная диссоциация и терапия последствий хронической психической травмы

При центральной презентификации мы непосредственно осмысляем и принимаем переживание, раскрывающееся в настоящем (например: Hayes et al., 2004; Linehan, 1993) – ментальные действия, необходимые для интеграции. Представления об этих действиях, составляющих наблюдение и одновременную рефлексию собственной активности (например, чувств, мыслей), входят в поле значений понятия «психическая вовлеченность»[21]. Другими словами, для центральной презентификации недостаточно простого реагирования на внутренние переживания, она требует от нас наличия концепции психического, то есть знания того, что у нас есть психика, что другие люди тоже обладают психикой; а также осознания того, как психика работает и что влияет на эту работу (Fonagy et al., 2002; Fonagy & Target, 1996). Центральная презентификация предполагает, помимо самосознания, также и осознание внешнего окружения, разворачивающееся на более высоком уровне сознания и в итоге рефлексивное активное отношение к нашей внутренней реальности.

Пребывание в настоящем (основа центральной презентификации) вовсе не означает, что мы регистрируем в нашем сознании все стимулы. Это было бы невозможно, разрушительно и сильно помешало бы адаптации. Сохранение адаптации требует от нас избирательности в отношении раздражителей, которые воздействуют на нас в данный момент. Например, иногда лучшей адаптации способствует концентрация внимания на событиях внешнего мира, а иногда – обращение к внутренним событиям: к тому, что мы думаем, чувствуем, вспоминаем. Но даже если мы сосредоточены на внутреннем мире, мы все же должны сохранять достаточный уровень осознания внешней реальности для того, чтобы в случае необходимости вовремя реагировать. В каждый данный момент фокус нашего внимания во многом определяется комбинацией активированных систем действий, тем, что задает нашу текущую мотивацию.

Благодаря центральной презентификации мы воспринимаем изменчивое настоящее не как набор разрозненных фрагментов, но как целостный личностный опыт, имеющий смысл и соотносящийся с нашей мотивацией к достижению определенных целей посредством психических и поведенческих действий. Целостность опыта вырастает из наших постоянных усилий по созданию рассказа о происходящем с нами в настоящем. Рабочая память, хотя и ограниченная в своем объеме, дает нам возможность выстраивать связи между настоящим, недавним прошлым и будущим, поэтому мы можем планировать наши действия, исходя из прошлого опыта и текущих обстоятельств. Другими словами, рабочая память помогает связывать предполагаемые результаты наших действий с прошлым и настоящим. Именно поэтому о рабочей памяти говорят как о запечатленном настоящем (Edelman, 1989) и как об активной кратковременной памяти (Fuster, 1997, 2003).

Центральная презентификация, рассказ о событиях настоящего, таким образом, затрагивает не только настоящее, но представляет собой синтез воспоминаний и прогнозов, которые необходимы для адаптации к текущей ситуации. Так, по крайней мере, часть нашего автобиографического Я, некоторые аспекты личной истории, а также ранее приобретенные навыки и знания присутствуют в нашем настоящем (Damasio, 1999; Fuster, 2003; Stern, 2004).

Расширенная презентификация

Расширенная презентификация охватывает разные ситуации и периоды времени. Она определяется наивысшим уровнем психической энергии и эффективности, поскольку мы должны интегрировать и собрать воедино все многообразие опыта нашей жизни: различные воспоминания, убеждения, вариации чувства Я и роли, отношения, тенденции к действию и системы действий. При расширенной презентификации мы координируем наши действия не только с внешним миром, но и с нашей личностью как единым целым (Ellenberger, 1970; Janet, 1928a).

Безусловно, наша способность присутствия в настоящем всегда меняется в ту или иную сторону, уменьшаясь или возрастая. Даже в лучшем случае она никогда не бывает постоянной. Однако мы должны присутствовать в настоящем достаточно долго для того, чтобы простроить связи с теми периодами времени, когда наше бытие в настоящем не было таким полным. Так мы можем связать разные аспекты нашего опыта для того, чтобы он стал цельным и, как следствие, стала цельной и наша личность. Именно в этом состоит функция расширенной презентификации. Она помогает нам ориентироваться в пространстве, во времени и в нашем собственном бытии. Благодаря презентификации мы знаем, как наше настоящее, внешний и внутренний мир, которые мы воспринимаем и создаем, опираются на наше прошлое и будущее. Так мы создаем рассказ, свою историю и согласуем с ней свои действия. Когда нам удается осуществить расширенную презентификацию и персонификацию, это означает, что мы берем ответственность за наши действия в прошлом, настоящем и будущем.