Происхождение человека и человечества.

 Но такое чувство ориентации на местности не обязательно возникло одновременно с появлением охоты как коллективного социально оформленного мероприятия. Пространственным навыкам гораздо больше времени. Локальное базовое расположение ассоциаций, популяций, и праобщин, их тесная привязанность к строго фиксированной территории проживания при полуводном образе жизни, по крайней мере, женской части данных коллективных формирований, предполагало развитие чувства пространства для возвращения на место постоянного проживания, как бы далеко субъекты от неё не находились. С того далёкого времени у человека осталось весьма заметное половое различие в восприятии и понимании геометрии и начертательной геометрии, учебных предметов требующих объёмного видения. Студентки технических высших учебных заведений эти предметы усваивают несколько хуже, чем студенты из-за данного эффекта полового диморфизма такой глубокой давности. Но зато женщины быстрее и лучше чем мужчины говорят, быстрее читают, лучше понимают прочитанное (Notman Nadelson, 1991), и вообще у девочек раньше, чем у мальчиков развиваются речевые способности. Это произошло потому, что в густой растительности прибрежных зон, (мест пищевого поля), зрение тем нашим предкам мало помогало в ориентировке в противоположность охоты в саванне, где в информационном взаимодействии достаточно жестов. В связи с этим звуковые сигналы хорошо помогали в коммуникации между особями при жизни в экологической нише, которая пока гоминидам была ещё нужна. Звуковые сигналы так же служили для обслуживания контактов между отдельными группами, в процессе добывания пищи в зарослях.

Со временем, в связи с усложнением жизни, для поддержания их на должном уровне, стали необходимыми усилия всех взрослых членов популяционных групп при их совместных деятельностях. При этом точек соприкосновения между ними становилось всё больше и поэтому взаимоотношения внутри групп необходимо было оформлять коммуникационно. То есть найти такие возможности, чтобы соединить две сигнальные подсистемы звуковую и жестовую в одну общую систему коммуникации.

Некоторые антропологи полагают, что речь, как коммуникационная составляющая повседневной жизни, стала развиваться намного раньше, чем принято считать. Утверждают, что у хабилисов установлены вполне сформировавшиеся мозговые центры Брока и Вернике, ответственных за неё.* По мнению крупнейшего авторитета в исследовании ранних гоминид Ф. Табайса, они уже прослеживаются даже у поздних австралопитеков грациальных и массивных. Может быть. Но так как центр Брока, как предполагает автор, вполне возможно развился из центра управления мимикой, который существовал у предков шимпанзе и гоминид (У современных шимпанзе существует и сейчас на том же месте), а у Homo sapiens он морфологически и функционально связан с двигательной зоной, в частности с областью контролирующую самостоятельную подвижность пальцев то, скорее всего, австралопитеки африканские, а тем более хабилисы владели зачатками кинетической (жестовой) речи. Она и возникала в результате развития этого мимического центра мозга и дополняла мимику новыми компонентами. Интенсивность данного процесса определяла их необходимость.

Конечно, это были ещё самый первый уровень освоения кинетической речи, в которые пока только входили жесты - намерения и в какой-то степени жесты, имитирующие действия. Это было продолжением развития коммуникационной системы, которая развилась на данной базе. В коре головного мозга современного человека участки ответственные за движением кисти рук примыкают к зонам коры ответственных за движение губ, нижней челюсти и языка. Эти же зоны в свою очередь соседствуют с важнейшим центром Брока, который расположен в задней части нижней лобной извилины и от работы которого зависит моторика речи, её двигательная реализация. Центр Вернике расположен на границе височной и теменной долей левого полушария непосредственно под и за первичным центром слуха. Он отвечает за понимание смысла речи. Оба этих центра соединены между собой дугообразным пучком проводящих волокон. Так, что такая компоновка представляет собой последовательную, эволюцию развития коммуникационной системы человека, которая имеет очень древние корни. На основании этого можно смело сказать, что кинетическая (жестовая) речь стояла в самом начале смыслового обозначения окружающей жизни.

В трудах Леви-Брюля касающихся первобытных племён, говорится о том, что: «большинство низших обществ употребляют два языка, один членораздельно – звуковой, а другой – язык жестов. Можно ли предполагать, что эти языки существуют, не оказывая друг на друга взаимного влияния, или, напротив, следует думать, что в обоих языках находит выражение одно и то же мышление, которое в свою очередь испытывает их воздействие». По нашей гипотезе второе наиболее приемлемо для подтверждения формирования двух языков у гоминид, а в последствии и у гоминин.