Происхождение человека и человечества.

 Такие оргиастические моменты в жизни наших предков при остатках протосемейных отношений внутри коллективных образований имели два знаменательных социальных пункта в нашей истории. Первое – это возникновение института старейшин, который окончательно сформировался после исчезновения матриархата, и стал действовать не только в охотничьих группах, но и во всех популяционных формированиях наших предков с организацией их прав и обязанностей перед сообществом. Второе – появился прецедент обхода даже особо важных запретов, что предполагало возникновение зачатков внутренней свободы индивида, который чётко проявился в период формирования общин наших непосредственных предков. Но об этом поговорим несколько позже

В охотничьих группах поздних хабилисов, а затем и архантропов прекрасно знали, когда нужно было возвращаться в места поселения основной части популяции. Ведь уже был давно генетически настроен в женской физиологии механизм, когда у всех половозрелых, не беременных праженщин праобщин проживавших на ограниченной территории овуляция практически начиналась одновременно. В эти 5 - 6 дней шанс забеременеть самый высокий, а инстинктивные позывы на соитие у представительниц слабого пола наших тех далёких прабабушек (исследования показали, что и у современных женщин такая же картина) были самые интенсивные. Именно в то время появился механизм реакции современных женщин на мужской феромон* андростерон, который своим действием, уже тогда выработался и в силу необходимости, стал укорачивать и нормализовать менструальные циклы, которые как мы уже говорили, проходили у всех женщин популяций одновременно.

В современном обществе возрастные нормы и ожидания онтогенеза конкретно воздействуют на поведение людей. Как мужчины, так и женщины в соответствии со своими возрастными этапами ожидают определённое состояние как побудителя для действий обусловленных возрастом. Они всегда очень чётко определяют время пришедших событий. Начало этому у формирующихся первых людей, в подсознательной схеме их жизненных периодов.

 В середине менструального цикла, запах андростерона женщинами воспринимается более положительно (Cutler at al.1986, Grammer Jutte 1997), а мужчинам хотя запах андростерона и неприятен, но он усиливает их сексуальное поведение, правда в социальном аспекте. Заставляет чаще ходить на свидание, целоваться, заниматься питингом (Cutler, Friedmaun Mc Coy, 1998), т.е. данный физиологический процесс и заставлял периодически и постоянно формирующихся архантропов появляться в местах постоянного проживания женщин.

Запах женских феромонов - копулинов*, у которых максимум секреции приходится на период овуляции, в свою очередь, повышает у мужчин выброс тестостерона. Капулины своеобразно действуют на психику мужчин (Grammer Jutte 1997). Когда им в процессе опытов после вдыхания запаха этого вещества через нос, показывали фотографии женщин, то сильный пол испытывал затруднения в определении их привлекательности. Данный эффект генетически закрепился как способ интенсивного репродуктивного процесса при дефиците времени в период кратковременного пребывания мужчин – архантропов на территории занимаемой женщинами - архантропами. Этому механизму ответной реакции на запах феромонов 1.7 миллионов лет, как минимум и он говорит об адаптационном механизме для продолжения рода в кратчайшие сроки у поздних хабилисов и архантропов.

К данному же эффекту образа жизни наших предков можно отнести и открытие Бейкера (Baker) о том, что объём спермы во время эякуляции при занятии сексом не зависит от длительности времени прошедшего с момента последней эякуляции, а зависит как далеко от своей жены в течении длительного периода находился муж. При этом объём спермы может превышать обычный примерно в три раза. Если же мужчина находился рядом со своей половой партнёршей, но сексуально воздерживался то объём спермы не отличается от обычного (Baker Bellis, 1993, 1995). Данный механизм современных половых отношений начал зарождаться в праобщинах архантропов.

По прибытию в места расположения популяций групп охотников, после выполнения определённых требований прототрадиций и после промискуитетных взаимоотношений, горизонтальная система доминирования необходимая на охоте, ослабевала, и охотничьи группы распадались как ненужные в данный момент времени коллективные образования популяций. Их члены расходились по своим местам, определённым ранее системой доминирования и прототрадициями обыденной жизни. Доминирующие мужчины занимали место на общей для доминирующих прамужчин территориях (протосемейные пары в связи охотничьими мероприятиями стали распадаться, а пролактин в то время стал подтверждать общее отцовство). Холостяки занимали места на периферии, а подростки, уже принятые в состав охотничьей группы в качестве охотников, уходили в места расположения остальных подростков.