Происхождение человека и человечества.

Неполная ассимиляция с аборигенами произошла на базе общего для обоих подвидов фундамента протокартин мира наработанного ещё первыми расами архантропов, путём слияния в единое целое их надстроек и сценариев с последующей отбраковкой не нужных форм. Те, которые были выработаны на севере, т.е. навыки кочевой жизни так же пригодились, в результате чего охотничьи группы формирующихся общин стали более мобильными, а в совокупности со способностями охотников-аборигенов следовать по большим количествам маршрутов могли уходить от поселения общины на большое расстояние. Но всё таки формирование общей для обеих праобщин картины мира произошло на базе аборигенных культурных констант и сценариев, что увеличило адаптационные возможности двух этих подвидов, а от прибывших аборигены восприняли адаптационные приёмы жизни вне экологической ниши что, в конце концов, выразилось в возможности сформировавшимся дуальным общинам выходить на другие территории и ландшафты а в дальнейшем и климатические зоны. Поэтому пресапиенсы и их потомки в скором времени расселились по всей планете в чем, конечно, значительно помогла и деспециализация, появившаяся в результате гибридизации.

В слиянии двух культурных констант, их надстроек и сценариев происходил оживлённый, и не продолжительный во времени процесс по выработке общих моментов бытия приемлемых для обеих праобщин. Новые культурные константы дали и новые возможности действовать, а формирующиеся адаптационно-деятельностные модели позволили пресапиенсам определять общее направление, секторы для общей деятельности, в которой находились определённые занятия необходимые в определённых обстоятельствах. Слияние двух культурных сценариев в один, который после процесса воссоединения можно было применить к любым конкретным ситуациям определённой системой действия, решение которых ранее было не возможно потому, что в культуре той или иной праобщины эти элементы отсутствовали.

Общественная практика стала быстро усложняться в связи с быстрым объединением двух, ранее рассмотренных, составляющих коммуникативных систем и появления большого количества информации. С увеличением её потоков и путём зарождающего альтернативного мышления, а значит возможности выбора лучших вариантов, т.е. замены количества на качество стала набирать силу так называемая социальная память. Она, в связи с этим, теперь позволяла более чётко выявлять узлы социальной напряжённости и ограждать их запретами как волков флажками. Если запреты – прототабу архантропов и палеоантропов были единичны, т.е. представляли собой разовые команды, то в связи с усложнением социальной и хозяйственной деятельности возникла необходимость табуировать многие стороны жизни. Это говорит о процессуальной направленности данной необходимости. Стала формироваться всеобъемлющая система табу, оправдание которой во многих вопросах проявлялась в мистических формах культуры пресапиенсов.

При слиянии двух праобщин возникли две альтернативы в некоторых моментах бытия, которые необходимо было объединить в одно целое. Две уже родственные праобщины на базе воссоединения двух культур стали решать возникающие проблемы путём выбора из двух альтернатив одну. То есть, в результате этого из двух культурных констант можно было выбирать одно, оптимальное решение. Таким образом, стали оформляться зачатки альтернативного мышления, ещё одного шага к логическому. Только что родившийся непосредственный наш предок Homo Sapiens с его новыми социальными взглядами стал создавать такую сторону человеческих отношений как справедливость, без которой многие стороны жизни были бы не решаемы. Таким образом, он осмыслил возникновение другого устройства жизни, а значит, смог построить другие, совместные ценностные ориентации, но именно на базе конкретизации новых социальных отношений при взаимном проникновении двух культур по принципу справедливо – не справедливо. Так, что, создавая справедливость как феномен новых социальных отношений, человек вышел за пределы мира праобщин.

Если ранее в охотничьих процессах бытовало групповое ассоциативное мышление, то на данном этапе стало формироваться индивидуальное, т.е. зачатки понимания индивидуальной роли каждого члена охотничьего коллектива. Это было продолжение проявления и формирования функции «пра Я», что ознаменовало новый этап эволюции психики, а значит и эволюцию структур мозга, и послужило явлению для всех индивида, личности. Хотя она и была «обложена со всех сторон» коллективным пониманием окружающего мира с ещё достаточно большим процентом интуитивно-образного мышления, но ОН уже состоялся. Значит, стало проявляться в некоторых моментах бытия индивидуальное мировоззрение, основанное на закономерностях картины мира и общей архитектуре надстроек.