ПРОИСХОЖДЕНИЕ ЧЕЛОВЕКА

То, что мы рассматриваем охотничьи мероприятия, и связанные с ними психологические установки и эффекты, развитые до такой степени не говорит о том, что Homo habilis всем этим владели с момента образования их вида. Скорее всего, это все столь ярко стало обозначаться именно в переходный период от хабилисов к архантропам, и тех переходных форм, которые восприняли эти приемы в полной мере. Хабилисы еще не могли этого делать в таком объеме, как мы это представили выше. Еще было много от инстинктов, обогащенных эффективными моментами прогрессирующего мозга и мало разумного в современном понимании.

Таким образом, на формирование охотничьих навыков, у поздних гоминид стали оказывать:

- мотивы;

- волевые установки на проведения охотничьих мероприятий;

- постоянные упражнения;

-способы объяснения операций (в данном случае имеется в виду косвенное наведение).

-эффективность при обучаемости и прогресс в усвоении материала, с определенной полнотой его уяснения,

- прямая и обратная связь в психологических процессах. 

Это все вместе еще больше развивало память поздних гоминид. Но ведь наработка навыков является одной из форм научения, которым даже в то время было уже миллионы лет, и их содержание определялось характером решаемых проблем. Поэтому, чем сложнее задачи, тем они всегда и во все большей степени требуют приобретения группового и индивидуального более качественного и объемного опыта, с учетом определенных жизненно необходимых нюансов. Для этого нужно было не только научение, которое есть у многих высших животных, не говоря о современных высших приматах, но и обучение(166).

В обучении и научении большую роль в то время играли биологически активные вещества, с помощью которых во многих моментах модифицировалось поведение подростков в процессе научения и обучения, вызывая чувства удовлетворения или не удовлетворения. Это была одной из форм научения по принципу стимул – реакция, одним из основных адаптационных возможностей, где закреплялись даже не рефлекторные реакции, которые очень важны особенно на охоте, а произвольные действия, активируемые событиями. Таким образом, можно сделать вывод, что БАВ играли большую роль при обучении в медленно развивающемся социуме. Это достигалось их действием в процессе индивидуальных форм обучения при сочетании проб и ошибок, где эти вещества эффективно действовали, а так же при восприятии элементов социального опыта по отношению к конкретным моделям поведения.

 

Фактически научение в нашем случае есть неосознаваемое уяснение содержания проблемы и последующее ее закрепление, или еще можно сказать, непроизвольное запоминание. Это было основной формой приобретения опыта у австралопитеков африканских, который вполне возможно, был даже эффективней чем у нас с вами, но у них существовало уже и обучение, без которого многие элементы процесса охоты были малорезультативны. Если у австралопитеков африканских процесс научения протекал путем исключения из действия определенного числа ошибок, то хабилисы, уже можно сказать, начали учиться на принципах действий. Это был большой шаг вперед.

Обучение существует даже у современных шимпанзе. Ученые не один раз наблюдали как малыш, глядя на свою мать, обучался разбивать орехоподобные плоды с помощью камня. Данный процесс, зывается сказать, начали их частейы охотничьих мероприятий как облавная и засадная или их комплексыоказывается, ограничен по возрасту. Один или два года и все. В дальнейшем обучение способом подражания становилось совершенно не эффективным. Обучить повзрослевшего детеныша шимпанзе не представляется возможным, потому, что информация не усваивается, и он так и остается «неучем».