Читаем Пролетарское воображение. Личность, модерность, сакральное в России, 1910–1925 полностью

Весна обычно выступала в качестве символического противовеса городу и фабрике. Во многих рассказах и стихах рабочие писатели часто переворачивали привычный троп нарушенной идиллии [Marx 1964: 27], когда не шум машин прерывает пасторальные грезы, а природа прорывается в индустриальную среду. В стихотворении Ивана Коробова 1912 года, например, «плиту асфальта пробивая, / прижавшись к каменной стене, / смеется травка молодая, / смеется солнцу и весне» [Коробов 1914: 153]. Стихотворение построено на прямых символических аналогиях: молодая трава означает людей, которые стремятся туда, «где правда, где светло», а асфальт соотносится с «ложью» и «злом». В 1914 году П. Трейдуб (он назвался чернорабочим железнодорожного депо) прислал в газету «Правда» стихотворение «Заводской цветок», в котором описал рост сознательности рабочего и надежду преодолеть «тоску и грусть», которых так много в его жизни, с помощью такой метафоры: «милый цветочек» вырос в дальнем углу депо посреди «железа ненужного хлама», посреди «тоски и грусти»[320]. В 1910 году А. Гастев использовал почти идентичный образ весеннего цветка, который пророс в сыром, душном подвале, как символ человеческого стремления к «свету идеала» [Зорин 1910с: 3].

Солнце ассоциировалось с весной, так как в это время оно возвращается на небосклон, и во многих подобных произведениях становилось центральным символом. Образ человека, который выглядывает в окно фабрики или комнаты (часто грязное или разбитое – так усиливалась символическая нагрузка), чтобы «солнце увидеть», – излюбленный символ того, как сознание борется с темнотой во имя света в надежде на лучшее [Савин 1906а: 2; Матрица 1915: 4]. Солнце несет счастье и спасение от земного зла [Нечаев 1965с: 98–99][321]. Иногда фантазии были связаны с превращением в солнце или с полетом к солнцу на могучих крыльях [Нечаев 1965с: 98–99; Чернышева 1910с: 5]. Особенно часто символом просвещения и начала новой эры становились восход солнца или солнечные лучи, пробившиеся сквозь тучи [Байков 1907: 3–5; Торский 1913b: 8; Александровский 1913с: 11; Тихоплесец 1912b: 2; Александровский 1913g; Дикий 1914b: 78–79; Нелюдим 1939: 185]. В качестве аллегорий знания, надежды, борьбы, изменений привлекались и другие образы природы: ветер, который разгоняет тучи зла; яркий свет кометы Галлея (которая появилась в 1910 году), прогоняющий мрак невежества; яркий, но мимолетный блеск метеора; вспышки молнии во время грозы, которые пронизывают темноту и «пишут» в небе [Самобытник 1913с; Логинов 1910а: 1–2; Бибик 1914: 49; Самобытник 1913е; Ганьшин 1913b: 6; Самобытник 1913d].

Свобода – центральный мотив произведений, связанных с природой. Открытые поля, сельские дороги, безграничные леса, степные просторы, течение Волги, ширь Сибири постоянно фигурировали как символы избавления от гнета[322]. Типичный пример – стихотворение Михаила Захарова «Романс» о радостях, которые приносит дорога, вновь превращая человека в доверчивого ребенка: «Предо мной затерялась дорога <…> /Ия снова, исполненный счастьем, / побреду, никого не кляня!», «как ребенок наивен» [Захаров 1912: 5–6]. Неудивительно, что подобные романтичные стихи писал официант Захаров, которые часто оставался без работы, сотрудничал и публиковался в народных журналах. Но такие же образы встречаются у более типичных пролетариев – заводских рабочих, которые публикуются в марксистских журналах и сборниках. Алексей Бибик, например, описывал рабочих-металлистов, которых так опьянил воздух весны, что они «взяли расчет и ушли куда-то; куда – они и сами, пожалуй, не знали: просто туда, за весенними облаками» [Бибик 1914: 49]. Эти описания носили не только символический характер, разумеется. Многие рабочие вспоминают, как они выезжали за город, особенно летом. Но в художественных произведениях, прозаических или стихотворных, подобные описания имели целью не просто фиксацию факта. Как всегда, авторы-рабочие описывали те или иные события повседневной жизни, придавая им более глубокий смысл и связывая с более важной тематикой. Свобода являлась одной из ключевых тем.

Перейти на страницу:

Все книги серии Современная западная русистика / Contemporary Western Rusistika

Феномен ГУЛАГа. Интерпретации, сравнения, исторический контекст
Феномен ГУЛАГа. Интерпретации, сравнения, исторический контекст

В этой книге исследователи из США, Франции, Германии и Великобритании рассматривают ГУЛАГ как особый исторический и культурный феномен. Советская лагерная система предстает в большом разнообразии ее конкретных проявлений и сопоставляется с подобными системами разных стран и эпох – от Индии и Африки в XIX столетии до Германии и Северной Кореи в XX веке. Читатели смогут ознакомиться с историями заключенных и охранников, узнают, как была организована система распределения продовольствия, окунутся в визуальную историю лагерей и убедятся в том, что ГУЛАГ имеет не только глубокие исторические истоки и множественные типологические параллели, но и долгосрочные последствия. Помещая советскую лагерную систему в широкий исторический, географический и культурный контекст, авторы этой книги представляют русскому читателю новый, сторонний взгляд на множество социальных, юридических, нравственных и иных явлений советской жизни, тем самым открывая новые горизонты для осмысления истории XX века.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Коллектив авторов , Сборник статей

Альтернативные науки и научные теории / Зарубежная публицистика / Документальное
Ружья для царя. Американские технологии и индустрия стрелкового огнестрельного оружия в России XIX века
Ружья для царя. Американские технологии и индустрия стрелкового огнестрельного оружия в России XIX века

Технологическое отставание России ко второй половине XIX века стало очевидным: максимально наглядно это было продемонстрировано ходом и итогами Крымской войны. В поисках вариантов быстрой модернизации оружейной промышленности – и армии в целом – власти империи обратились ко многим производителям современных образцов пехотного оружия, но ключевую роль в обновлении российской военной сферы сыграло сотрудничество с американскими производителями. Книга Джозефа Брэдли повествует о трудных, не всегда успешных, но в конечном счете продуктивных взаимоотношениях американских и российских оружейников и исторической роли, которую сыграло это партнерство.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Джозеф Брэдли

Публицистика / Документальное

Похожие книги

Михаил Кузмин
Михаил Кузмин

Михаил Алексеевич Кузмин (1872–1936) — поэт Серебряного века, прозаик, переводчик, композитор. До сих пор о его жизни и творчестве существует множество легенд, и самая главная из них — мнение о нем как приверженце «прекрасной ясности», проповеднике «привольной легкости бездумного житья», авторе фривольных стилизованных стихов и повестей. Но при внимательном прочтении эта легкость оборачивается глубоким трагизмом, мучительные переживания завершаются фарсом, низкий и даже «грязный» быт определяет судьбу — и понять, как это происходит, необыкновенно трудно. Как практически все русские интеллигенты, Кузмин приветствовал революцию, но в дальнейшем нежелание и неумение приспосабливаться привело его почти к полной изоляции в литературной жизни конца двадцатых и всех тридцатых годов XX века, но он не допускал даже мысли об эмиграции. О жизни, творчестве, трагической судьбе поэта рассказывают авторы, с научной скрупулезностью исследуя его творческое наследие, значительность которого бесспорна, и с большим человеческим тактом повествуя о частной жизни сложного, противоречивого человека.знак информационной продукции 16+

Джон Э. Малмстад , Николай Алексеевич Богомолов

Биографии и Мемуары / Литературоведение / Документальное
По страницам «Войны и мира». Заметки о романе Л. Н. Толстого «Война и мир»
По страницам «Войны и мира». Заметки о романе Л. Н. Толстого «Война и мир»

Книга Н. Долининой «По страницам "Войны и мира"» продолжает ряд работ того же автора «Прочитаем "Онегина" вместе», «Печорин и наше время», «Предисловие к Достоевскому», написанных в манере размышления вместе с читателем. Эпопея Толстого и сегодня для нас книга не только об исторических событиях прошлого. Роман великого писателя остро современен, с его страниц встают проблемы мужества, честности, патриотизма, любви, верности – вопросы, которые каждый решает для себя точно так же, как и двести лет назад. Об этих нравственных проблемах, о том, как мы разрешаем их сегодня, идёт речь в книге «По страницам "Войны и мира"».В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Наталья Григорьевна Долинина

Литературоведение / Учебная и научная литература / Образование и наука