Прорыв Лужско-Старорусского рубежа

Связь. В обороне сеть двухпроводной телефонной связи была доведена включительно до каждого блиндажа. При повреждении проводной связи широко использовалось УКВ-радио и сигнализация. Между постами и блиндажами связь осуществлялась колокольчиками. Широко использовались сигнальные ракеты.

В ближней полосе советского артиллерийского обстрела линии связи проводились полевым кабелем. В полосе дальнего артобстрела и вне дальности артиллерийского огня строились малогабаритные постоянные линии связи (1, л. 9 об.).

В период отступления противник уничтожил магистральные линии постоянной связи путем подрыва столбов толовыми шашками.

В предполье линии «Пантера» противником была оставлена сеть проводов, зарытых в землю на глубине 25–30 см, с целью прослушивания советских телефонных переговоров.

Штаб 1‐й ударной армии отмечал, что в период отхода с основного рубежа р. Полисти на промежуточный рубеж р. Перехода противник хорошо организовал связь и отход проходил планомерно. В дальнейшем управление было нарушено, части и подразделения перемешивались, и отход осуществлялся без всякого управления войсками. В тылу советских войск оставались разрозненные группы, которые, как правило, уничтожались или пленялись (1, л. 9 об. – 10).

Выводы командования 1‐й ударной армии о действиях своих войск

Пехота. Действия пехоты в наступательных боях были стремительными. Однако недостаточное применение маневра на поле боя и слабое использование штатного вооружения снижало темп наступления, а в отдельных случаях приводило к невыполнению задачи.

Боевые порядки в наступлении в звене батальон-полк строились в линию. Наличие вторых эшелонов дало возможность прорвать 1–5 февраля 1944 г. сильно укрепленную полосу обороны и расширить прорыв с использованием резервов.

При преследовании пехота показала высокую выносливость, что дало возможность неотступно преследовать противника и уничтожать его отряды прикрытия.

Боевые порядки при преследовании организовывались в соответствии с уставными положениями. Выделение передовых отрядов силой усиленная рота – батальон, при хорошей организации разведки и маневра на поле боя, всегда обеспечивало успех преследующих частей.

Опыт боев показал, что организация преследования без специальных лыжных подразделений и частей давало противнику возможность беспрепятственно отводить главные силы (3, л. 13).

Артиллерия.

Действия артиллерии при прорыве немецкой обороны и развитии успеха 1–5 февраля 1944 г. были хорошо спланированы, что обеспечило успех наступления.

Использование артиллерии на прямую наводку при хорошей подготовке и тщательной организации подготовительных мероприятий и их маскировки вполне обеспечивало прорыв сильно укрепленной обороны. Напротив, стрельба орудий прямой наводкой ночью не давала эффекта, не обеспечивая подавление огневой системы противника, как в ходе наступления на рубеж р. Полисть 15–16 февраля 1944 г. Необеспеченность боеприпасами советской артиллерии, дала противнику 15–16 февраля возможность свободно маневрировать резервами и контратаковать части, вклинившимся в оборону у д. Котицко, Долгая, Подол.

При преследовании дивизионная артиллерия двигалась непосредственно с пехотой, редко развертываясь в боевой порядок, так как отряды прикрытия сбивались батальонной и полковой артиллерией (3, л. 13).

Отчет штаба армии уточняет, что армейская и дивизионная артиллерия в ходе преследования, вследствие подрыва противником мостов и дорог, часто отставала. В борьбе с отрядами прикрытия принимала участие полковая и батальонная артиллерия и минометы, двигавшиеся в боевых порядках пехоты (1, л. 10 об.).

Опыт боев показал, что, заметив подготовку противником контратаки, артиллерия, быстро изготовившись к бою в непосредственной близости от него, может сорвать контратаку. Так, батареи 37‐го гв. корпусного артполка при подходе к Шиловой Горе развернулись и огнем прямой наводкой рассеяли и уничтожили пехотный батальон, сорвав попытку контратаки. В этом бою с большим эффектом впервые велся огонь прямой наводкой из трофейных 105‐мм гаубиц (3, л. 13).

Танки. В период 1—29 февраля танки применялись как для развития успеха при прорыве обороны, так и при преследовании, вместе с десантом автоматчиков.

В проведенных боях саперные подразделения и подразделения автоматчиков организационно входили в состав танковых полков, тем самым повышая эффективность танковых подразделений, как подвижных отрядов при преследовании.

Подвижные отряды преследования, выслав предварительно вперед разведывательный дозор, 2–3 малых или легких танка с десантом разведчиков, занимали населенные пункты, уничтожая отряды прикрытия и обозы (1, л. 10 об.).

Штаб 14 гв. ск отмечал, что наиболее эффективно при преследовании проявили себя американские легкие танки М3Л. Они имели хорошую проходимость в данной местности и большую скорость, что обеспечило успех войск и нанесение больших потерь противнику (3, л. 13).