Простодушное чтение

В самом начале статьи авторы употребляют словосочетание «государственный терроризм», но в анализе событий русской истории до 1917 года ни разу не вспоминают о том, что стояло за этим понятием. Что было причиной крестьянских, а потом и рабочих волнений в России, что спровоцировало такое активное участие широчайших масс населения уже не в революционном движении, а в собственно революции – обо всем этом ни слова. Не было такового.

2

Отдельной темой в этой статье проходит «польская угроза», близость польских революционеров и русских. «Польский террор» в России. Приводятся факты, цифры, свидетельствующие о неукротимости преступных поляков. Словосочетание (и понятие) «польский террорист» принципиально не разделяется с понятием «участник польского национально-освободительного движения».

Воспользуемся здесь расширенным содержанием понятия «террор», которое дают в статье сами авторы:

...

«В основе террора всегда лежит экстремистская идея! Это она разрушает веру людей в свое прошлое и настоящее, формулирует призрачную цель, подсказывает мотивы, освобождает потенциальных исполнителей от чувства вины».

А теперь попробуем приложить это определение к ситуации с польским вопросом в России.

Можно ли назвать экстремистской национально-освободительную идею? Если можно, то какой смысл мы вносим в определение войн с Францией в 1812 и фашисткой Германией в 1941–1945 как войн Отечественных? Не эта ли идея – то есть нежелание, чтобы территория русского государства и население русского государства были в подчинении иностранной державы, – выражается этим понятием? А чего ради мы с гордостью оглядываемся на Куликовскую битву?

Ситуация с Польшей – на редкость наглядная в данном случае. Существует Польская Народная Республика. И при этом я не знаю ни одного русского человека, который сам факт существования Польского государства воспринимал бы актом поругания русского национального духа. История в этом вопросе давно уже поставила свою точку. О том, что Польша была частью Российской империи, сегодняшние русские люди узнают исключительно из школьных учебников и из художественной литературы – этот факт не касается их национальной жизни. Напротив, большинство из нас с облегчением перевели дух в начале восьмидесятых, когда у советского правительства хватило ума не вводить войска «сил Варшавского Договора» для прекращения в Польше деятельности «Солидарности».

Ну и при чем здесь экстремистская идея, призрачная цель, нарушение веры людей в прошлое и настоящее? Вот она, реальность. Ее можно потрогать руками. Предположим, человек сидящий в XIX веке, еще мог размышлять над тем, проживут ли поляки без России, проживет ли России без Польши и нужно ли штыком русского солдата удерживать Польшу в составе Российской империи. Но нам-то зачем жмуриться? О каких «экстремистских целях» здесь может идти речь?

Российская империя была действительно – империей. И у выражения, которым принято сегодня пользоваться с некоторой иронией, «тюрьма народов» было и реальное содержание. Можете любить или не любить поляков, это ваше право. Но ни у кого нет права делать вид, будто поляки в свое время попросилась в состав Российской империи, как Украина или Грузия. Эта страна была завоевана, и принадлежность ее к империи всегда держалась не на волеизъявлении поляков, а на военной силе Российского государства со всеми вытекающими.

Формы борьбы, которые тогда применялись, бывали отвратительны.

Да, разумеется, убийство – оно всегда убийство.

Но куда нам деваться от того, что формы национально-освободительных движений определяются той реальностью, в которой она проходит. И ничем другим. Если бы полякам была предоставлена в XIX веке возможность референдума по вопросам их государственной принадлежности с гарантией того, что в случае выбора ими свободы их на свободу бы и отпустили, тогда – да. Тогда о преступности действий польских террористов и боевиков вы имели бы право говорить. Но ведь референдумами и не пахло. Не так ли? По-другому было, как пишут авторы, и в 1830 году, и в 1846 году, и в 1848, и в 1863.

3

Поставив в своей статье интересы государства как такового над интересами его граждан, над интересами общества, авторы, как мне кажется, сами себя загоняют в ловушку, когда переходят к реалиям XX века:

...

«В 1917 году в России произошла Октябрьская революция. Власть захватили члены международной революционно-террористической организации – партии большевиков. Свои экстремистские идеи они начали проводить уже в форме внутригосударственного террора, что слишком хорошо известно».