Пуля ставит точку

Те переправили его к контролеру, потом к носильщику, укладывавшему багаж. Никто ничего толком не помнил, и то, что у миссис Джонсон была большая желтая сумка в клетку, могло быть хорошей приметой, но не помогло.

Крамер начал горько жалеть, что не взял с собой Ван Ниекерка. Сделанное тем описание оказалось недостаточным. Расхаживая по стоянке, он упорно старался не поддаваться логике, требовавшей взывать о помощи. Боже, от одной мысли об этом его мутило. Такого удовольствия он полковнику не доставит.

Тут его вдруг осенило. Вернувшись в дежурку, попросил одолжить ему на пять минут одну из сотрудниц. Та недовольно поморщилась, когда он попросил её проверить дамские туалеты, но все же пошла. А вернувшись, с ухмылкой сообщила, что никакой пожилой дамы она там не нашла, зато обнаружила, что в одной кабинке видны туфли, явно принадлежащие какому-то джентльмену. Крамер поблагодарил её.

Вот и все. Пора было возвращаться в машину и объявлять всеобщий розыск. И взять список автобусов, ушедших в час, пусть начальство организует розыск на всех остановках по трассе, и на конечных тоже.

Крамер миновал отгороженную площадку остановки для цветных, где, как обычно, было полно, и сел в свою машину, стоявшую у тротуара. Включил рацию. Кто-то как раз вызывал "скорую", так что нужно было подождать. Ну ничего, несколько минут ничего не решают, все равно все летит к черту. Жаль, что не вышло с туалетом. Неплохая была идея. Надо же, сколько этих цветных толчется вокруг туалета…

— Господи!..

Из дверей с надписью "Женщины-цветные" появилась щуплая пожилая женщина. Шла она неуверенно, словно против ветра, который пузырил её черное платье и трепал убогие розочки на шляпке. Неподалеку от него она присела отдохнуть, повесив свою желтую клетчатую сумку на спинку скамейки.

Крамер был тут как тут. Двумя руками обхватив её тонкое предплечье, прежде, чем она опомнилась направился к своему "шевроле".

— Что происходит? Куда вы меня ведете?

— Недалеко, мадам. Всего лишь в машину.

— Да кто вы такой?

— Полицейский.

— Что я такого сделала?

— Нарушили местные законы, — ответил Крамер. — Прошу в машину.

Нажав скрытый замок, надежно запер дверку. Обойдя машину, скользнул за руль.

— О каком нарушении вы говорите?

— Вы миссис Джонсон, не так ли?

— А… да.

— Ловко вы придумали — спрятаться от меня именно там. Как вы узнали, кто я?

— Как это — спрятаться? Где?

— В туалете для цветных.

— Так вы думаете, я там пряталась?

И она начала смеяться; смех был недолгим, но горьким. Его это удивило. Миссис Джонсон покопалась в глубине своей сумки, достала мятый носовой платок и утерла им нос.

— Вы в самом деле думаете, что я пошла бы в это ужасное место, если бы не нужда?

Теперь удивление перешло в шок. Все это для Крамера оказалось настолько неожиданным, что у него перехватило дух как у рисованного персонажа комиксов. Выглядело это смешно, но миссис Джонсон даже не улыбнулась.

— Может, мне это и сошло бы с рук, — тихо продолжала она, — но рисковать не стоит.

— Не стоит, — машинально подтвердил Крамер.

Он пытался взять себя в руки. Значит эта пожилая женщина — не белая. Чтобы осознать это, нужно было сделать над собой усилие, — выглядела она совсем не так. И говорила тоже. Но ещё и не такие вещи случались.

— Посмотрите на меня, — потребовал Крамер. Миссис Джонсон медленно повернула к нему лицо. Он заметил, что она дрожит. И как-то вдруг постарела. Крамер начал сверху. Шляпка из мягкой черной соломки, украшенной атласными розами, которые давно уже оставили попытки подражать розам настоящим. Волосы под ними — седые, очень мягкие, нисколько не вьющиеся. Лицо широковатое, но не слишком. Что поражало, так это немая мука, стоявшая в глубоких карих глазах, у белков которых вовсе не было обычного для мулатов желтоватого оттенка, и в морщинках, глубоко врезавшихся по углам ласковых губ. Красивая шея была удивительно гладкой. Руки, крепко сжатые на черной юбке — сильные, но тонкие, с мелкими веснушками. Маленькие ноги.

Ясно было, что смешанной крови в ней — ничтожная доля. И когда-то миссис Джонсон должна была быть настоящим подарком для мистера Джонсона.

— Вы испуганы, — сказал Крамер.

Миссис Джонсон кивнула, с трудом владея собой.

— Почему?

— Не хочу неприятностей.

— Но если вы говорите неправду, то должны быть к ним готовы.

Она снова нерешительно кивнула.

— У вас нет ещё носового платка?

Миссис Джонсон послушно порылась в сумке и потрясла её, чтобы достать до дна. При этом на сиденье выпала вырезка из газеты.

Крамер взял её в руки и подержал так, чтобы показать заголовок: "Загадочная смерть загадочной девушки".

— Понимаете, о чем я? Одному из моих людей вы сказали, что не знали о полицеском расследовании обстоятельств смерти мисс Ле Руке.

— Он не сказал мне, какого расследования.

— Это не ваше дело. Еще вы сказали, что живете здесь, на Биддулф Стрит.

— Мне очень жаль.

— Вам жаль! Кто вас послал? Миссис Джонсон нахмурилась.

— Никто меня не посылал. Я взяла и приехала.

— Откуда?

— Из Дурбана.

— Почему?

— Я уже говорила тому, другому полицейскому…

— Что вы портниха и все такое?

— Я портниха.

— И вы знали мисс Ле Руке?