Путь материнства. Рождение силы

Первый год с детьми не был таким страшным, как все нас пугали. Да, первый месяц был сложным, пока семимесячных тройнят выхаживали в больнице. Потом были период адаптации дома и привыкание детей к режиму. Уже с четырех месяцев дети хорошо спали. Каждый по отдельности просыпался не чаще 2–3 раз за ночь. Прекрасный результат для одного ребенка, но когда их трое, получалось, что я вставала по 6–9 раз за ночь, т. е. каждый час. Несмотря на тройную нагрузку, я отлично себя чувствовала. То, что я доносила и родила трех здоровых (!!!) детей, оказалось для меня великим чудом, вдохновляло и поддерживало. Может быть, это были гормоны?! Как бы там ни было, первые год-полтора я чувствовала прилив сил, несмотря на физическую усталость. Я брала в работу клиентов как карьерный консультант, преподавала и поддерживала связь с бывшими коллегами. Когда детям исполнился год, мне предложили выйти на постоянную работу. Отказаться от такого предложения я не смогла: интересная компания, знакомый руководитель, частичная занятость, удаленка, свободный график и тревога из-за надвигающейся пандемии и кризиса. Корпоративная работа затягивает. Там всегда что-то кому-то срочно надо, но я держала границы: до 10:00 и после 14:00 было время для детей.

После года с детьми становилось все сложнее. Эмоции возникали по любому поводу и тут же превращались в крик. Например, если они видели в моих руках телефон, то начинали на меня лезть, прыгать и орать, и это не прекращалось минут двадцать или пока не отдам. Естественно, все тянули в рот, везде залезали и отрывали все, что можно (даже двухметровый плинтус). Поэтому у нас не было штор, а две из трех комнат всегда были закрыты, иначе один взрослый за ними не уследил бы. Три-четыре раза в день вся кухня заляпывалась едой. Тимофей до трех лет заканчивал трапезу киданием тарелки на пол (со всем оставшимся в ней содержимым). Как же меня это бесило! Одеться – раздеться, выйти на прогулку – вернуться с прогулки, сесть за стульчик – слезть со стульчика – все это сопровождалось криками как минимум одного ребенка. Как и со сном, тройная нагрузка: 1–2 истерики любимого чада в день пережить можно, но когда их трое, то это 4–6 истерик и каждая по полчаса. Хочется сбежать!

Примерно с двух лет дети начали активно общаться друг с другом – кусать, выдирать волосы, хватать за ноги и тыкать пальцем в глаза. Их приходилось беречь не только от опасностей внешней среды, но и друг от друга. Для этого на каждого ребенка нужен был один взрослый или хотя бы двое на троих. Управляться одному с маленькими детьми безумно сложно, и это сильно увеличивает риски травм. Однажды мы приехали в гости к другой паре с тройняшками. У них нет няни, папа работает, мама одна с детьми – их дети искусаны до синяков, она просто не успевает это предотвратить. Удивительно, как она до сих пор не сошла с ума…

Мир тройняшковых мам – это титанический труд, запредельная выносливость и при этом бесконечно много счастья. Фантастические женщины, которым я не перестаю удивляться, и истории которых очень меня поддержали, особенно в первые годы материнства.

У нас с мужем было и остается много помощников – няня и четверо (!) родственников, живущих в шаговой доступности и готовых по необходимости помогать.

Тем не менее, когда детям исполнилось два года, усталость накопилась. Сказалось совмещение материнства с работой, отсутствие отдыха (ночью дети стали спать лучше, но я начала больше работать и позже ложиться). Совершенно не было времени на себя. За это время я не посмотрела ни одного фильма и не прочла ни одной книги. Я не смогла вернуться к йоге, которой активно занималась до беременности. Любая мысль о том, что мне нужно как-то напрячься, вызывала протест. Я понимала, что пора на психотерапию, но дошла до нее только через полгода, когда начала срываться на детей и испортились отношения с мужем. А на работе все было идеально. Мне нравилось то, что я делаю, а еще больше мне нравилось, что хотя бы полдня я могу провести в спокойной обстановке со взрослыми людьми, где на тебя не прыгают с разбега, не орут в ухо и не бьют пяткой по носу.