Рай для немцев

Убийство детей-калек стало первым шагом в нацистской программе «эвтаназии». Эту тему Гитлер затронул на съезде партии в 1929 г.: «Если Германия будет ежегодно получать 1 миллион младенцев и избавляться от 700–800 слабейших из них, то в итоге страна от этого только выиграет. Более опасным является то, что мы добровольно отрезали себя от очищающего эффекта естественного отбора, а вместе с ним и от возможности иметь действительно способных людей. Талантами обладают не первенцы, а те, кто прошел сквозь сито отбора, — примером тому является Спарта, чисто расовое государство, последовательно осуществлявшее принципы отбора. У нас же все наоборот — наши гуманисты сохраняют и выхаживают слабых и больных за счет сильных и здоровых»^{542}.

Еще в 1935 г. руководитель имперской гильдии врачей Герхард Вагнер поставил перед Гитлером вопрос о предоставлении ему полномочий для уничтожения «недостойных жить людей», но фюрер призвал его к «осторожному выжиданию»^{543}. Гитлеровская позиция была не случайной: дело в том, что еще в 1933 г. прусский министр юстиции Керрль представил комиссии по реформе права проект введения в Германии эвтаназии. Это предложение было отвергнуто министром юстиции Гюртнером, также отрицательно к эвтаназии относились Г. Вагнер и его преемник Леонардо Конти. Принимая во внимание оппозицию, Гитлер связывал свои надежды на реализацию программы эвтаназии с войной. Поэтому именно в октябре 1939 г., когда война уже началась, он уполномочил шефа своей канцелярии Филиппа Булера и своего личного врача Карла Брандта действовать в интересах реализации программы от его имени, давая санкции на убийство больных компетентным врачам. Некая супружеская пара безуспешно ходила по инстанциям, ходатайствуя об умерщвлении новорожденного-калеки (ДЦП). Случайно узнав об этом от своего врача Карла Брандта (генерального инспектора здравоохранения), Гитлер предложил исполнить желание родителей. Тогдашнее право этого не допускало, но Гитлер таким образом создал прецедент. Он не стал вводить эвтаназию законным путем, но 1 сентября 1939 г. отдал письменное распоряжение Булеру, Брандту, а также руководителю имперского союза врачей Вагнеру — во время войны взять на себя решение вопроса об эвтаназии^{544}. Текст этого документа имел весьма двойственный смысл — говорилось о расширении полномочий лечащих врачей под ответственность Булера и Брандта^{545}. Документ уполномочивал Брандта в случаях с неизлечимо больными новорожденными и другими пациентами действовать по своему усмотрению[33]. Была создана рабочая группа из 50 врачей и юристов. В канцелярии фюрера разработали даже арифметическую формулу для расчета количества людей, подлежащих «обработке» (эвфемизм убийства). Это число определялось по формуле 1000:10:5:1 — из тысячи людей 10, как правило, нуждаются в помощи психиатра, 5 из них подлежат стационарному лечению, а 1 — упомянутой «обработке». Исходя из общей численности населения Германии, «обработке» по этим планам должно было подвергнуться 65–70 тыс. немцев^{546}.

В «деле» эвтаназии направляющую и организующую роль играла личная канцелярия Гитлера под руководством Булера, который подключил к осуществлению программы «Имперский комитет по научному исследованию наследственных и приобретенных болезней» (Reichsausschlufi zur wissenschaftliche Erfassung von erb- und anlagebedingten schweren Leiden). Адрес этого комитета был: Берлин, Тиргартенштрассе дом 4, отсюда и кодовое название программы по эвтаназии — «Т4»; на служебном жаргоне организация называлась также «Т4». Поскольку традиционные медицинские инстанции для осуществления эвтаназии не годились, офицер СС Виктор Брак создал аппарат в 100 человек (из них 60 врачей), которые «работали» по осуществлению программы эвтаназии нескольких психиатрических клиниках, превращенных в места массовых убийств. Большинством исполнителей «Т4» двигала вера в необходимость этих мероприятий, хотя нельзя исключить и иные мотивы (участникам программы эвтаназии выплачивалась хорошая зарплата, а также им полагались дополнительные льготы. Текучесть кадров в «Т4» была низкой, конфликтов между руководством «Т4» и персоналом не было).^{547}.