Читаем Ранние кинотексты, 2000–2006 полностью

Откровений в плане изображения в фильме нет, и было бы гораздо последовательнее, если бы сценаристы убрали и натужные попытки развеселить зрителя (пару раз кто-то обо что-то больно ударяется). Единственная долгая экшн-сцена, которая могла бы стать украшением всего фильма — «хороший» на скоростном болиде преследует по дорогам города «плохого» на «Ламборгини Дьябло» — снята длинными кадрами, из-за чего машины, которые по идее должны летать по экрану, медленно по нему ползут, и особого впечатления гонка не оставляет. Даже трюк с мотоциклом, взбирающимся на едущий по дороге фургон, выглядит как-то искусственно по сравнению хотя бы с прыжком на мотоцикле на движущийся поезд в «Полицейской истории 3». Со сценами боев, неотъемлемым атрибутом подобных фильмов, у Стэнли Тонга тоже нелады. Их не так уж и много, а те, что есть, оставляют желать лучшего. Даже неподготовленному человеку видно, что в некоторых моментах траектория полета героев недопустимо неестественна, а в иных и того хуже — злодеи начинают картинно падать, хотя удар героя явно пришелся лишь рядом с намеченной целью.

Вот и остается уповать на интересные образы. Заговорив об интересном, можно смело отбросить в сторону двух главных героев-полицейских — они настолько невзрачны, что даже самые талантливые актёры вряд ли смогли бы сделать их выразительными. Со злодеями, как это часто бывает, ситуация обстоит чуть получше. Главная парочка в исполнении Дакаскоса и Кулио предстает колоритным сочетанием Востока и Запада, занимает много времени на экране, и где-то в середине начинаешь задумываться, а что бы вышло, если бы хороших полицейских в фильме вообще не было, а сюжет строился вокруг противостояния двух разных злодеев. Марку Дакаскосу повезло чуть меньше: ему хоть и дали немного помахать ногами и посидеть за рулем гоночной машины, дальше высокомерных колкостей в адрес напарника герой не заходит. А иногда и вовсе отличается непоследовательностью: способен безжалостно пристрелить невинную мать с младенцем на руках и недоумевать, когда Кулио убивает одного из своих людей. Сам же Кулио притягивает к себе внимание с первых кадров. Его одноименный герой, необразованный гангстер из Южного Централа, весь фильм отпускает шуточки на тему востока-запада, в которой он ровным счетом ничего не понимает: приносит в ресторан вино, потому что «эти китайцы только и умеют, что пить свое сакэ», и считает, что фильмы про самураев — как «вестерны, только без лошадей и пушек». Конечно, Кулио сильно переигрывает, но чернокожему (а тем более — рэпперу) такое преувеличение эмоций свойственно, поэтому его можно и простить. Единственное, что вызывает негативное впечатление на его счет — небольшие боевые сцены с его участием. Они тут не настолько необходимы, я почти вижу, как во время съемок рэппер подходит к режиссёру и говорит: «Стэнли, раз все здесь дерутся, можно и я попробую?» Сами понимаете, демонстрируя, на что он способен, Кулио окончательно портит впечатление от постановки боевых сцен в «Китайской ударной силе».

В общем, фильм с трудом дотягивает даже до среднего уровня. Материал для съемок был взят неплохой, но реализация подкачала: если бы сценарий был прописан немного более подробно, а трюки и экшн-сцены поставлены на более приличном уровне, из «Китайской ударной силы» мог бы выйти довольно неплохой боевик. А так — даже взрыв машины в финале фильма выглядит так, как будто его по-быстрому нарисовали в Фотошопе. Халтура, да и только.

ОЦЕНКА. 5. Довольно слабый фильм с красивыми, неправдоподобными боевыми сценами, который мог при желании стать хорошим представителем жанра, но не стал.

«Короли Тененбаумы»

СЮЖЕТ. У Рояла Тененбаума (Хэкман) когда-то было все: прекрасная жена Этель (Хьюстон), двое родных детей Чес (Стиллер) и Ричи (Люк Уилсон) и приемная дочь Марго (Пэлтроу). Причем, все трое в детстве проявляли завидные способности: Чес уже в 10 лет сколотил неплохой капитал, Ричи начал побеждать на теннисных турнирах, а Марго в том же возрасте стала знаменитым драматургом. Однажды Роял отказался от этого счастья и ушел из семьи… Много лет спустя он решает вернуться, но дети уже выросли, живут по отдельности друг от друга, да и бывшая жена Этель собирается замуж за Генри Шермана (Гловер). Но когда члены некогда дружной семьи узнают о возвращении Рояла, которому осталось жить всего полтора месяца, все они вновь собираются под одной крышей и решают свои проблемы уже вместе…

Перейти на страницу:

Все книги серии Eksmo Digital. Искусство, хобби, развлечения

Похожие книги

100 лет современного искусства Петербурга. 1910 – 2010-е
100 лет современного искусства Петербурга. 1910 – 2010-е

Есть ли смысл в понятии «современное искусство Петербурга»? Ведь и само современное искусство с каждым десятилетием сдается в музей, и место его действия не бывает неизменным. Между тем петербургский текст растет не одно столетие, а следовательно, город является месторождением мысли в событиях искусства. Ось книги Екатерины Андреевой прочерчена через те события искусства, которые взаимосвязаны задачей разведки и транспортировки в будущее образов, страхующих жизнь от энтропии. Она проходит через пласты авангарда 1910‐х, нонконформизма 1940–1980‐х, искусства новой реальности 1990–2010‐х, пересекая личные истории Михаила Матюшина, Александра Арефьева, Евгения Михнова, Константина Симуна, Тимура Новикова, других художников-мыслителей, которые преображают жизнь в непрестанном «оформлении себя», в пересоздании космоса. Сюжет этой книги, составленной из статей 1990–2010‐х годов, – это взаимодействие петербургских топоса и логоса в турбулентной истории Новейшего времени. Екатерина Андреева – кандидат искусствоведения, доктор философских наук, историк искусства и куратор, ведущий научный сотрудник Отдела новейших течений Государственного Русского музея.

Екатерина Алексеевна Андреева

Искусствоведение
Пандемониум
Пандемониум

«Пандемониум» — продолжение трилогии об апокалипсисе нашего времени, начатой романом «Делириум», который стал подлинной литературной сенсацией за рубежом и обрел целую армию поклонниц и поклонников в Р оссии!Героиня книги, Лина, потерявшая свою любовь в постапокалиптическом мире, где простые человеческие чувства находятся под запретом, наконец-то выбирается на СЃРІРѕР±оду. С прошлым порвано, будущее неясно. Р' Дикой местности, куда она попадает, нет запрета на чувства, но там царят СЃРІРѕРё жестокие законы. Чтобы выжить, надо найти друзей, готовых ради нее на большее, чем забота о пропитании. Р

Лорен Оливер , Lars Gert , Дон Нигро

Хобби и ремесла / Драматургия / Искусствоведение / Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Фантастика / Социально-философская фантастика / Любовно-фантастические романы / Зарубежная драматургия / Романы
Страдающее Средневековье. Парадоксы христианской иконографии
Страдающее Средневековье. Парадоксы христианской иконографии

Эта книга расскажет о том, как в христианской иконографии священное переплеталось с комичным, монструозным и непристойным. Многое из того, что сегодня кажется возмутительным святотатством, в Средневековье, эпоху почти всеобщей религиозности, было вполне в порядке вещей.Речь пойдёт об обезьянах на полях древних текстов, непристойных фигурах на стенах церквей и о святых в монструозном обличье. Откуда взялись эти образы, и как они связаны с последующим развитием мирового искусства?Первый на русском языке научно-популярный текст, охватывающий столько сюжетов средневековой иконографии, выходит по инициативе «Страдающего Средневековья» – сообщества любителей истории, объединившего почти полмиллиона подписчиков. Более 600 иллюстраций, уникальный текст и немного юмора – вот так и следует говорить об искусстве.

Сергей Олегович Зотов , Михаил Романович Майзульс , Дильшат Харман , Сергей Зотов

Искусствоведение / Научно-популярная литература / Образование и наука