Рассказы о жизни. Книга первая

В Луганске, как и во многих городах Украины, сравнительно небольшую часть населения составляли евреи, такие же труженики, как и представители других национальностей. Были среди них, конечно, как и среди проживавших там русских, украинцев и греков, люди состоятельные и богатые. Будучи интернационалистами, мы, большевики, всегда считали, что рабочие и трудящиеся всех национальностей — наши друзья, а все богатеи, эксплуататоры — наши враги. Но в те дни местным царским властям было особенно выгодно натравливать друг на друга рабочих разных национальностей, разжигать национальные страсти, вражду и ненависть. Таким путем они стремились одурманить массы шовинистическим угаром, мутной мерзостью еврейских погромов отвлечь наиболее нестойкую часть населения от участия в революционной борьбе.

Луганский партийный комитет и Совет рабочих депутатов зорко следили за происками монархистов-черносотенцев и готовили наиболее сознательную часть рабочих к тому, чтобы в нужный момент дать погромщикам организованный отпор. Активную роль в этом деле сыграл наш луганский рабочий, большевик, один из лучших моих друзей, Александр Яковлевич Пархоменко, ставший впоследствии героем гражданской войны. Смелый, решительный и горячий Александр Пархоменко проявил в те дни кипучую энергию, и когда 21 октября 1905 года в городе внезапно возникли пожары и начались погромы, он вместе с другими молодыми рабочими разгонял анархистов, черносотенцев и подпавших под их влияние обывателей. И несмотря на то, что погромы фактически поощрялись полицией, наши дружинники и активисты своей большевистской агитацией и активной защитой еврейского населения остудили шовинистические страсти и прекратили в городе беспорядки, развязанные погромщиками.

Эта борьба большевистской организации Луганска за наведение революционного порядка в городе была для нас весьма поучительной, и об этом следует рассказать подробнее. Именно в то время не только трудовое население, но и местная буржуазия отчетливо увидели, что наш Совет рабочих депутатов представляет собой реальную силу, способную не только агитировать против самодержавия, но и руководить массами, охранять их жизнь и спокойствие.

Сообщение о царском манифесте 17 октября было получено в Луганске в тот же день, часов в семь-восемь вечера. Весть о нем вызвала в разных слоях населения самые различные мнения: от открытого одобрения до насмешек и резкого осуждения. Либералы и монархисты ликовали, и именно по их инициативе на следующий день в городе начались патриотические молебны и торжественное шествие. А мы организовали рабочую демонстрацию. Огромные толпы рабочих с красными флагами, большевистскими лозунгами и с пением революционных песен уверенно прошли по улицам города и мирно разошлись по домам. Но на этом дело не кончилось: кто-то, несомненно, из черносотенцев пустил по городу грязные слухи о том, что якобы евреи собирают деньги «на гроб императору Николаю II» и что «теперь они будут править Россией, лишь бы им извести царя». Это, разумеется, взбудоражило обывателей, которые составляли значительную часть местного населения.

Ночью в городе возникли пожары, начались грабежи, расправа с еврейским населением. Неподалеку от патронного завода и железнодорожной больницы погромщики подожгли вальцовую мельницу, принадлежавшую одному из местных евреев. Мельница догорала, громилы выносили из квартиры ее хозяина мебель, одежду и всякую утварь, а со двора — муку и какие-то доски. Все это грузилось на стоящую у подъезда подводу. Тут же рядом находился полицейский, но делал вид, что ничего не замечает.

Когда наши дружинники попытались обратить внимание полицейского на творящееся беззаконие, он яро набросился, но не на погромщиков, а на них.

— А вам какое дело? — кричал он. — Ишь какие защитники, хозяева нашлись! А ну, проваливайте отсюда, пока самих в полицию не забрал…

В этих условиях оставалось лишь одно: противопоставить бесчинствующим черносотенным громилам нашу рабочую силу и организованность. Александр Яковлевич Пархоменко собрал под своим началом большие группы рабочих, и они обуздали погромщиков. Следует, однако, сказать, что и все члены нашего партийного комитета, районщики и подрайонщики, агитаторы и активисты много тогда поработали, чтобы удержать несознательную и малосознательную часть населения от участия в погромах. Это помогло усмирить стихию.

Об этих решительных действиях луганских рабочих по предотвращению диких расправ черносотенцев с еврейским населением в октябре 1905 года рассказал на одном из заседаний I Государственной думы депутат-трудовик, мой бывший учитель С. М. Рыжков. На это выступление обратил внимание В. И. Ленин и использовал его в интересах разоблачения официальной правительственной политики, разжигающей национальную рознь.