Рассвет закату вопреки

– Аверин, – она прихватила землянина за ремень на спине, останавливая его стремительное перемещение по башенным коридорам. – Я без тебя не вытаскиваюсь. Даже не думай. И вдовой оставаться нет в планах.

Он только вздохнул, перехватив ее тонкую руку и целуя пальцы. Замерзла. Или устала. Слишком много всего навалилось на хрупкую девочку. Еще совсем юную.

– У меня же вселенские планы, ну что ты! – улыбнулся, рывком чмокнув девушку в нос, но Нэс успела заметитить далекую искорку боли, мелькнувшую в темном взгляде Аверина.

Значит, совсем не все просто. Он в этом уверен и все же молчит. И вряд ли ей не доверяет, скорее, – опять бережет.

– И на сегодняшнюю ночь тоже планы. – прикосновение губ к нежной коже запястья.

Нэс как будто ударили током. Снова пристальный взгляд. Ее словно на чем-то пытались поймать. И поймали. Нэс вздрогнула, попыталась освободиться, прервать эту пытку. Судорожно вздохнула, резко во рту пересохло. Жаром плеснуло в лицо. Языком провела по губам, тут же услышав рваный выдох Аверина.

– Прямо здесь? – руку все же забрав, девушка отвернулась.

– Весь верхний ярус сегодня в нашем распоряжении. – Макар сделал вид, что не заметил ее маленького и трусливого бегства. – Гесс сам виноват, это он взял заложницу. Она дальше нижнего яруса не пройдет. Сомневаюсь вообще, что рискнет войти в башню.

– А… Горыныч? – к стыду своему Нэрис о нем совершенно забыла.

– Спит давно. – капитан снова двинулся вперед, не спеша изучая медленно расширяющийся коридор. – Набирается сил для новых подвигов. Удивительное создание. Почему ты боишься?

В этом весь Рик. Ловить на внезапных вопросах – любимый прием капитана.

И врать ему невозможно. Он и без дара Зеро отлично ложь отличает от правды.

– Он был так близко… – Нэрис прятала взгляд, саму себя опасаясь, – касался меня. Отвратительно.

– Пока ты не переступишь через эти воспоминания, они будут твоей прочной клеткой, – Рик был совершенно серьезен. – этого я ему не позволю.

Он снова остановился, и медленно развел в стороны руки, недвусмысленно приглашая. При этом Макар ей улыбался так солнечно и светло, что Нэрис, притормозившая было и отступившая, снова вздохнула и шщагнула навстречу. Один медленный шаг. Еще один. И вот они, крепкие руки Макара. Такие надежные и родные. Носом уткнулась в его широченную грудь, жадно вдыхая следы мужских запахов. Укол еще действовал. Потом не пахло, но Нерис отчетливо ощутила аромат Синего леса, запах оружия, кожаных ремешков его костюма, соленой воды, свежей крови и камня.

– Пугливое счастье мое, – вздохнул снова Аверин. – Как же нам с тобой будет непросто… Идем. Я покажу тебе кое-что.

И они снова двинулись по коридору. Держась за руки, словно дети.

Пугливое счастье?

Наверное.

Нэрис устала бояться. Устала в себе сомневаться. Этот сильный человек, державший ее за руку, много раз ей повторял простейшую фразу:

“Ничего не бойся”.

А она, глупая, только минуту назад наконец поняла ее смысл.

Страх вытравливает из сознания человечность. Чего-то все время боясь, Нэрис теряла способность любить. Так просто… нужно только услышать того, кто протягивал руку помощи каждый раз, когда Нэрис нуждалась…

Дышать сразу же стало легче и девушке вдруг показалось, что легкий ветерок шевельнул ее быстро отросшие волосы.

Или не показалось?

Коридор становился все шире. Стены медленно разворачивались, открывая проход. Макар мягко притормозил и придержал ее руку, слегка пожимая. Видимо, так он давал ей понять, что их ждет впереди нечто весьма интересное.

– Ты помнишь нашу с тобой регистрацию брака? – улыбнулся лукаво.

Нэс невольно залюбовалась ямочки на щеках. Даже сквозь суточную щетину они придавали Аверину какое-то радостно-детское, мальчишеское выражение.

– С трудом, если честно, – она усмехнулась. – Я вообще теперь Лиглу помню с трудом.

Только Рика, облаченного в жуткий скафандр выживания, – настоящего черного монстра, с длинными щупами манипуляторов и фасеточными глазами. Последние Нэрис запомнила особенно ярко. Все происходящее с ней в брачном круге ей тогда отчего-то казалось тяжелым, болезненным сном. Стоило терпеливо дождаться утра и с первыми же лучами кошмары растают, как иней на холодном оконном стекле.

И утро настало. Нэрис его тоже вспомнила и рассмеялась беззвучно. Это был их первый с Авериным заговор. А ведь она ему сразу поверила. Неужели почувствовала? Или просто наивная лиглянская девочка должна была хоть кому-то поверить… Острая жизненная необходимость.

Пройдя еще пару шагов они оказались перед крутым поворотом. Дальше спускались каменные ступени и царила полнейшая темнота.

– А почему ты спросил? – Нэрис снова вдруг испугалась.

С недавних пор она ненавидела темноту. И тишину. И… страхам нельзя поддаваться.

– Сейчас все увидишь. – он, словно чувствуя ужас жены, ей подбадривающе кивнул, но медленно отпустил ее руку.

Или действительно ощутил? Догадаться нетрудно. Не отходя ни на шаг, капитан провел кончиком пальцев по ближайшей стене, призывая волну света в покрывающей ее паутине микроскопических жилок. Медленно разгорались светильники на потолке.