Разделяй и властвуй. Нацистская оккупационная политика

Тем не менее германские генеральные комиссары полностью сохранили верховную власть и получили право надзора за деятельностью центральных органов «самоуправления» и вмешательства в нее. Назначение должностных лиц в органы «самоуправления» напрямую производилось или как минимум утверждалось оккупационными властями^{581}. Однако созданное на территории Прибалтики «самоуправление» дало литовцам, латышам и эстонцам такой уровень административной автономии, в котором было отказано всем другим народам на оккупированной территории СССР^{582}. Предоставленный уровень автономии позволил оккупантам временно снизить уровень недовольства среди прибалтийского населения, чья поддержка была необходима для «антибольшевистской борьбы». Наличие «самоуправления» в Прибалтике позволило нацистам осуществлять свои требования через местные органы, маскируя сам факт оккупации^{583}.

Национальная ситуация на оккупированной территории Крымской АССР характеризовалась, прежде всего, этнической пестротой: до войны русские здесь составляли 49,6%, крымские татары — 19,4%, украинцы — 13,7%, евреи — 5,8%, немцы — 4,5%, греки — 1,8%, болгары — 1,4%, армяне — 1,1% населения^{584}. Основное внимание германской национальной политики в этом регионе было направлено на крымско-татарский народ. При приближении вермахта к Крыму, нацисты разбрасывали на его территории листовки с призывом к крымским татарам «решить вопрос о самостоятельности»^{585}. Еще не оккупировав всей территории Крыма, германские власти создали «специальные добровольческие части» из военнопленных крымских татар^{586}. Во время оккупации нацисты проявляли по отношению к крымским татарам лояльность, переходящую в заискивание^{587}. Крымские татары были поставлены в сравнительно привилегированное положение, получив целый ряд льгот и преимуществ (расширение приусадебных земель, налоговые льготы, открытие мечетей и т.д.)^{588}. Целью этих акций было создать видимость «союзнических отношений» и привлечь на свою сторону крымско-татарское население.

11 ноября 1941 г. в Симферополе и ряде других городов и населенных пунктов Крыма были созданы «мусульманские комитеты»^{589}.

Эти организации работали под контролем СД и должны были направлять политическую деятельность крымско-татарского населения в нужное оккупантам русло. В работе «мусульманских комитетов» приняли участие крымско-татарские эмигранты, прибывшие из Турции. В апреле 1942 г. была разработана программа «комитетов», которая включала создание крымско-татарского государства, парламента, армии, восстановление деятельности политической партии «Милли-Фирка»^{590}. На основе «мусульманских комитетов» 23 ноября 1941 г. был создан «Крымский комитет»^{591}, целью деятельности которого являлось создание крымско-татарского государства под протекторатом Германии^{592}. По замыслу его основателей, он должен был принять на себя руководство жизнью всех крымских татар, взамен оказывая поддержку интересам германской армии и администрации^{593}. Комитет издавал газету «Свободный Крым» и журнал «Родина-мать»^{594}.

Армянские деятели Крыма также создали свои «комитеты». В декабре 1941 г. и январе 1942 г. в Симферополь прибыл ряд эмигрантов — деятелей партии «Дашнакцутюн» — во главе с Д.М. Канаяном, который, по данным советской разведки, «ставил армянам задачу… вместе с немцами принять участие в “освобождении” Армении» с целью создания «Великой Армении под протекторатом немцев». Аналогичную деятельность развили в Крыму болгарские националисты во главе с полицмейстером Симферополя Федовым, которые создали болгарские полицейские отряды^{595}. Греческое население в целом проявляло политическую пассивность^{596}.