Разрушенная судьба. История мира глазами мусульман

Ассасины представляли собой радикальное тайное общество. Во внешнем мире они никак не демонстрировали своей принадлежности к ассасинам, никому не сообщали о своей вере. Поэтому никто не знал, сколько их и что за человек на базаре, в мечети, где угодно может оказаться ассасином. Новообращенные проходили интенсивную индоктринацию и тренировки, а затем каждый член секты получал ранг, в зависимости от уровня знаний. При переходе со ступени на ступень сектанты якобы погружались во все более и более глубокие слои значения Корана, пока не доходили до основания, на котором покоится все остальное – иначе говоря, не оказывались допущены в ближний круг Саббаха.

Плели свои заговоры ассасины в строжайшей тайне, а вот убивали как можно более публично: цель их была не в том, чтобы убрать того или другого человека во власти, но чтобы заставить жителей всего цивилизованного мира поверить, что ассасины способны убить кого угодно, когда и где угодно. Саббах хотел, чтобы люди подозревали ассасинов повсюду: в лучших друзьях, в самых доверенных слугах, даже в собственных женах. Таким образом он надеялся контролировать политику властителей, у которых, в отличие от него были земли, войска и ресурсы.

Киллеры, убивавшие для него, называли себя «федаинами», что значит «приносящие жертву». Задумывая публичное убийство, они знали, что, совершив свое дело, через несколько секунд будут схвачены и убиты сами, но не делали ничего, чтобы избежать такого исхода. Смерть была ключевым элементом совершаемого ими ритуала: это были убийцы-камикадзе. Добровольно принимая смерть, они показывали властям, что даже угроза казни их не устрашит.

Ассасины добавляли смятения в мир, и без того охваченный смутой. Сунниты боролись с шиитами. Аббасидский халифат в Багдаде сражался с Фатимидским в Каире. Почти столетие постоянных турецких вторжений озлобило и огрубило общество. А теперь еще этот культ убийц, раскинувший свои щупальца по всему Ближнему Востоку, превратился для общества в нескончаемый ночной кошмар.

Ассасины заявили о себе серией убийств. Они убивали чиновников-сельджуков и известных суннитских священнослужителей. Убили двух халифов. По возможности старались совершать убийства в мечети во время пятничной молитвы: там всегда было много зрителей.

В 1092 году они убили самого Низам аль-Мулька, недавно вышедшего в отставку. А не прошло и месяца – избавились и от его господина, султана Малик-шаха, сына Алп-Арслана. За несколько недель уничтожили двоих политиков, на которых более, чем на ком-либо ином, покоилось шаткое единство империи. За этими убийствами последовала изнурительная борьба за власть среди сыновей, братьев, кузенов и прочих родичей султана; и эта борьба, после разнообразных приключений, разбила западную часть империи вдребезги. Практически в каждом городе от Малой Азии до Синая теперь был свой князь: Иерусалим, Дамаск, Алеппо, Антиохия, Триполи, Эдесса – все превратились де-факто в суверенные государства, лишь номинально подчинявшиеся султану в Багдаде. Каждый князек сидел на своих владениях, как собака над костью, и подозрительно косился на соседей.

К 1095 году н. э. мечта о едином исламском сообществе на политическом уровне рухнула. Лишь улемы с трудом удерживали общество вместе Кораном, хадисами и шариатом. Философы рассеялись: порой голоса их были еще слышны, но все глуше и глуше. Таков был мир, в котором жил и трудился Газали – мир, в котором легко было прийти к выводу, что неразумно доверять разуму.

А дальше начались катастрофы.

9. Смута

474–783 годы п. Х.

1081–1381 годы н. э.

В сущности, произошло две катастрофы, одна побольше, вторая поменьше. Та, что поменьше, пришла с Запада.

В это время о Западной Европе мусульмане знали столько же, сколько европейцы впоследствии – о сердце Африки. Для мусульман все пространство между Византией и Андалусией было более или менее первобытным лесом, населенным людьми настолько дикими, что они едят свинину. Говоря «христиане», мусульмане имели в виду Византийскую церковь или различные небольшие церкви на подконтрольных мусульманам территориях. Они знали, что дальше на западе в свое время процветала могущественная цивилизация – в Италии или на берегах Средиземноморья, куда мусульмане регулярно наведывались, еще можно было встретить ее следы; но еще в Эпоху Невежества, до рождения ислама, эта цивилизация погибла, и теперь от нее не осталось ничего, кроме руин и воспоминаний.