Разрушенная судьба. История мира глазами мусульман

Визирь надеялся, что эта стабильность позволит крестьянам и купцам производить богатство, необходимое, чтобы платить налоги, необходимые, чтобы содержать армию, необходимую, чтобы поддерживать порядок, необходимый крестьянам и купцам, чтобы производить богатство.

Однако у Низам аль-Мулька имелся злокозненный враг, стремившийся разрушить его начинания: безжалостный злой гений по имени Хасан Саббах, основатель Культа Ассасинов. Я называю их «культом», поскольку слово «секта» звучит слишком обыденно. Мало ли было в исламе сект! Ассасины стали ветвью, отломившейся от ветви, отломившейся от шиизма, ветви ислама.

Шииты верят в центральную религиозную фигуру, называемую имамом. В мире всегда только один имам. Едва он умирает, его особая благодать переходит к одному из его сыновей, и имамом становится он. Проблема в том, что всякий раз, когда умирает имам, начинаются споры о том, кто же из его сыновей стал следующим. И каждое такое разногласие может привести к расколу, из которого рождается новая секта.

Именно такой спор после смерти пятого имама дал жизнь секте зейдитов, или «пятеричников». Более серьезное разногласие после смерти шестого имама породило секту исмаилитов, которые некоторое время доминировали в шиизме: именно исмаилитами были Фатимиды, захватившие Египет и основавшие там еще один халифат.

В конце XI века исмаилиты тоже раскололись надвое. Меньшинство превратилось в группу революционеров, обозленных богатством и пышностью могущественного Фатимидского халифата: они посвятили себя цели уравнять богатых и бедных, наделить силой кротких и вообще вернуть исламский проект на правильный путь. Лидер этого движения вербовал себе соратников в Персии под прозвищем Хасан Саббах.

В Персии Саббах организовал себе базу. Он захватил крепость под названием Аламут («Орлиное гнездо»), расположенную высоко в горах Эльбурс на севере Ирана. Добраться до него здесь было невозможно: в крепость вела лишь одна пешая тропа, слишком узкая, чтобы по ней могла пройти армия. Как захватил ее Саббах, неизвестно. Одни легенды гласят, что хитростью, другие – что с помощью каких-то сверхъестественных сил, третьи – что он обратил защитников крепости в свою веру, а затем просто за небольшую сумму выкупил этот замок у его хозяина. Как бы там ни было, здесь, в Аламуте, Саббах начал готовить ассасинов.

Принял ли этот культ такое имя, потому что его служители посвятили себя политическим убийствам? Наоборот: политические убийцы теперь именуются «ассасинами», поскольку так называли себя служители этого культа. Столетия спустя Марко Поло рассказывал, что агенты Саббаха, чтобы взбодрить и порадовать себя перед убийствами, курили гашиш, отчего их стали называть «гашишинами»: это слово и превратилось в «ассасины». В этой этимологии я сомневаюсь – и объясню, почему.

Саббах был архетипичным прото-террористом, использовавшим убийства прежде всего в пропагандистских целях. Ресурсов и воинов, чтобы вести битвы и захватывать города, ему не хватало; поэтому он посылал отдельных людей или, самое большее, маленькие группы на убийства государственных деятелей, тщательно выбираемых так, чтобы их смерть вызвала всеобщее потрясение. Ассасины готовили убийства месяцами, даже годами: порой ради этого вступали в дружбу с жертвой, или поступали к ней на службу и постепенно завоевывали ее доверие.

В какой момент этого долгого процесса они курили гашиш? Что-то здесь не сходится. Ливанский автор Амин Маалуф предполагает, что слово «ассасин», возможно, происходит от персидского «ассас», что значит «основание». Как и большинство религиозных сектантов, Саббах учил, что откровения испорчены, а он ведет своих учеников обратно к основанию, к оригиналу. Разумеется, у любого сектанта свои представления о том, каким будет этот оригинал. И учение Саббаха далековато ушло от того, что большинство ученых считает исламом! Для начала, он учил, что, хотя Мухаммед в самом деле был Божьим посланником, Али – как и все последующие имамы – был воплощением самого Аллаха.

Далее Саббах учил, что у Корана есть значение внешнее, поверхностное, но кроме него есть много уровней внутренних, эзотерических значений. На поверхности Коран предписывает религиозные ритуалы, правила поведения, дает этические и моральные наставления; но всё это для грубых масс, неспособных возвыситься до более глубокого знания. Эзотерический Коран – а эзотерическое значение есть у каждого его стиха, каждого слова, каждой буквы – содержит в себе тайный код, позволяющий посвященным расшифровать криптограмму сотворенной Вселенной.