Реализм и номинализм в русской философии языка

Параллельно этому и в тех же хронологических пределах развивалась феноменология. Классическая феноменология немецкого идеализма, начиная с Канта, в конце XIX века сменилась феноменологизмом Гуссерля, а с XX века – неофеноменологизмом его последователей. Для Канта феноменология есть наука о «предметах опыта», для Гуссерля – метод анализа чистого сознания в его феноменах, для его продолжателей – описание с выходом в герменевтику.

Различие между позитивизмом и феноменологизмом в направлении интенции: на вещь у позитивиста, на идею вещи у феноменолога. Поэтому позитивист близок к номинализму аристотелевского типа – он прежде всего представитель «точной науки», а феноменолог близок к реализму платоновского типа – он прежде всего представитель гуманитарной области знания.

Интереснее те сближения, на которых основаны постоянные пересечения позитивизма и феноменологизма в исторической проекции их развития.

Основоположники идей в XVIII веке полностью охвачены романтическими поисками сущности в образе; концепт предстает им как образ, еще не осмысленный как понятие. Не случайно постоянное возвращение современных «нео» к своим первоистокам, например, особое почтение, оказываемое неопозитивистами Лейбницу.

Классические позитивизм и феноменологизм охвачены пафосом открытия понятия как явления концепта, но делают это по-разному, с различных позиций подходя к решению проблемы. «Второй позитивизм» и гуссерлианство – также по-разному, с противоположных точек зрения – пытаются постичь самый концепт, основываясь на знании понятия

и сознании или познании соответствующих ему сущностей. Современные неопозитивизм и неофеноменологизм полностью окунулись в проблемы интерпретации достигнутого знания и потому работают в области развитой содержательной формы концепта – символа (как бы ни называли они его и какими бы ухищрениями не обкладывали свои решения).

<p>3. Русский позитивизм</p>

Позитивизм в России как научное и общественное явление хорошо описан (Шкуринов 1980). Позитивизм революционных демократов, например, стал легальной формой их противодействия официальным идеологическим догмам; под влиянием позитивизма находились и лояльные правительству интеллигенты, например, К.Д. Кавелин.

Философы, как правило, выступали против позитивистских уклонений; наиболее резко это делал Владимир Соловьев. Именно он показал близость английского и французского позитивизма к немецкому феноменологизму: и тем и другим доступны лишь явления, а не сущности, тогда как разрывать явление и сущность есть произвол нашего сознания, а не онтологический факт. Позитивисты-эмпиристы, «которым пришлось философствовать», чтобы возвести «систему» вместо осознания единства сущего, и внешний опыт позитивиста не спасает, поскольку он ориентирован на принципы собственного своего сознания. Тем самым позитивист постоянно занимается гипостазированием относительных отвлеченных понятий, полученных в результате рассудочного анализа (Соловьев 1988, II: 84). Понятие Гегеля позитивист превратил в формально-логическое понятие (концепт он понимал как одну из его содержательных форм).

Среди наблюдений Соловьева над позитивизмом есть и такие, которые показывают особенную его проницательность. Так, критикуя положение позитивизма как якобы внеполитическое, немировоззренческое научное направление, Соловьев показал, что на самом деле позитивизм в науке соответствует социализму в общественном развитии (там же: 166).

Русские философы не приемлют позитивизм как явную противоположность реализму. Более того,

«наука вырождается в позитивизм, искусство в эстетизм, и, замыкаясь в себя, становится прибежищем демонических сил. Наша эпоха, поскольку это эпоха распада, порождает жестокий вампиризм восставших на Бога идей-ангелов…» (Федотов 1982: 196).

Ни больше, но и ни меньше.

<p>4. Принципы знания</p>

Позитивизм во всех своих оттенках исповедует несколько общих принципов познания и знания, которые приравнены к гносеологии и онтологии других систем. Укажем эти принципы, пользуясь различными источниками; см. (Нарский 1960; 1961; Шкуринов 1980 и др).

Принципы знания таковы.

1. Принцип равновесия предполагает мирное развитие существующих систем, эволюцию, которая исключает революционные скачки. Все преобразования укладываются в стадиальные схемы; например, у Конта три стадии культурного развития цивилизации: мифологическая древнего общества – теологическая средневековья – научная Нового времени. Это то, что под разными именами постоянно всплывает в сознании современных позитивистов, обретая всё новые названия (в чем и состоит очередное «открытие»); например, парадигма культуры, культурная парадигма, «третий мир» и пр.