Реорганизованная преступность. Мафия и антимафия в постсоветской Грузии

Кроме того, непосредственно после «революции роз», в 2004 году, новая администрация Саакашвили смогла снова ознакомить– [52] ся с итальянским опытом борьбы с преступностью, когда для консультирования грузинского правительства по вопросам реформирования системы правосудия на всех уровнях ЕС направил в Грузию годичную миссию экспертов-юристов и практиков уголовного правосудия. Она стала известна как миссия ЕС по обеспечению господства права ЕВРОЮСТ – ТЕМИС (EU JUST THEMIS). ЕС осуществил такой проект в первый раз, второй раз, позже, он был реализован в Косово. По словам тех, кто участвовал в миссии, тогдашний генеральный прокурор 3. Ш. Адеишвили был впечатлен своими итальянскими коллегами и направил на Сицилию грузинских прокуроров и политиков, чтобы ознакомиться с тамошним опытом в области конфискации собственности мафии и антимафиозного законодательства [R45; Basilaia 2004а, 2004b].

Период после «революции роз» знаменовался значительным разладом в отношениях между государством и мафией, существовавшим в течение предыдущих двух десятилетий. Ниже я кратко остановлюсь на тех элементах государственного давления на мафию, которые самым непосредственным образом затрагивают рассмотрение устойчивости воров в законе. К ним относятся: само законодательство по борьбе с мафией, реформа полиции и возрождение доверия к правоохранительным органам, а также массовая кампания «культура законности», которая сосредоточилась на реформе образования. Приводимая далее аргументация предполагает, что, во-первых, скорость и характер изменения законодательства были эффективными для того, чтобы не позволить ворам в законе адаптироваться. Во-вторых, реформа полиции и борьба с коррупцией в государственных и политических кругах уничтожили возможность продолжения использования клиентских и договорных стратегий для получения покровительства, как это делалось в прошлом. В-третьих, реформы в области образования, которые все еще продолжаются, остаются важны для того, чтобы ликвидировать потенциальный кадровый резерв воровского мира. В-четвертых, решающим фактором, повлиявшим на исход антимафиозной политики, был грузинский контекст частично реформированной конкурентной авторитарной политической обстановки. В борьбе с мафией не нужно было принимать во внимание юридические тонкости, защиту прав человека и гражданские свободы, что делало удар по ней еще более тяжелым. Наконец, следует подчеркнуть, что, несмотря на все это, в условиях государственных репрессий ворам в законе остаются доступными другие стратегии выживания, а именно ответное хищничество, сокрытие и маскировка.

Законодательство по борьбе с мафией

20 декабря 2005 года Саакашвили подписал Закон об организованной преступности и рэкете. Это ввело в грузинское уголовное право такие жаргонные термины, как канониери курдеби (воры в законе), общак (общий фонд), гарчева (криминальное разрешение споров), сходка (собрание воров) и курдули самкаро (воровской мир), которые десятилетиями использовались в советских лагерях. Этот закон, статья 223 уголовного кодекса, гласит: «1. Членство в воровском мире [курдули самкаро] наказывается лишением свободы на срок от 5 до 8 лет… 2. Пребывание вором в законе [канониери курди] наказывается лишением свободы на срок от 7 до 10 лет» [Prosecution Service 2006].

Воровской мир определяется как группа лиц, действующих по особым поручениям, исполняемым с целью получения наживы путем запугивания, угроз, применения силы, обещания молчания или разрешения уголовных споров (гарчева), которые добиваются вовлечения в свою среду несовершеннолетних и поощряют преступные действия других. Членом этого мира является тот, кто признает криминальные авторитеты и стремится к достижению целей воровского мира. «Криминальным урегулированием», или разрешением споров, является разрешение спора между двумя или более сторонами членом воровского мира, который может использовать угрозы, силу и запугивание. Наконец, канониери курди, или вор в законе, определяется как член воровского мира, который управляет этим миром и организует его деятельность в соответствии с правилами, признанными членами [Prosecution Service 2006: 12]. Поэтому преследование вора в законе основывается не только на простом факте обладания кем-либо титулом вора в законе, как это иногда утверждается, но, по крайней мере, в принципе, и на совершении им таких действий, как организация преступных деяний или выдача указаний на их совершение.