Рецепт убийства. Криминалистика Агаты Кристи глазами судмедэксперта

Если человеку стреляют в голову, из раневого канала вылетает кровь под воздействием силы пули. Брызги летят вперед из выходного отверстия (прямой конус), двигаясь в том же направлении, что и снаряд, и назад – из входного (обратный конус), в противоположном от пули направлении (как правило, в сторону оружия). Обычно брызги, образующие прямой конус, мельче, чем брызги обратного конуса, которые состоят из меньшего количества более крупных капель. Тем не менее возможно множество вариантов. Важно учитывать, что брызги, вылетевшие из входного отверстия, могут попасть на стрелка вместе с продуктами выстрела, о которых мы говорили в третьей главе. Таким образом, для криминалиста необходимо различать брызги крови из входного и выходного отверстий, поскольку результаты анализа могут противоречить показаниям человека, утверждающего, что он не стоял на месте стрелявшего. Агата никогда подробно не говорит о брызгах, созданных выстрелом из огнестрельного оружия, и в этом нет ничего удивительного, ведь нюансы обычно известны только специалистам. Однако иногда она описывала кровь, вытекшую из огнестрельной раны, и в рассказе «Тайна охотничьей сторожки» Агата говорит, что застреленный мистер Пейс лежал «в луже крови». В романе «Час зеро» сказано: «Ее убили! В голове жуткая дыра, и кругом кровь, кровь, все в крови!..» Эта цитата прекрасно иллюстрирует следующий тип брызг – от размахивания окровавленным предметом.

БРЫЗГИ ОТ РАЗМАХИВАНИЯ ОКРОВАВЛЕННЫМ ПРЕДМЕТОМ

Когда окровавленным предметом размахивают в воздухе дугообразным движением, брызги разлетаются в форме дорожек. Если этот предмет – оружие, эксперт может получить представление о направлении и числе ударов. Размер и интервал между ними могут варьироваться в зависимости от типа предмета. Если бы кому-то пришлось сыграть в «Клуэдо» в реальной жизни (не пытайтесь повторить!), ему было бы нелегко определить, каким орудием совершено убийство – дубинкой, куском свинцовой трубы или подсвечником, – потому что они все приблизительно одного размера. Однако вы сразу заметите разницу между брызгами, оставленными при размахивании кием и молотком. По характерным дорожкам следов брызг, остающимся каждый раз при замахивании оружием/орудием, криминалисты могут установить минимальное число ударов, которые были нанесены жертве. Эксперты говорят о минимальном числе ударов, потому что при первых двух ударах оружие может быть недостаточно окровавленным, чтобы оставить след в виде брызг.

Брызги от размахивания окровавленным предметом нельзя путать с брызгами от фонтанирования крови из поврежденных артерий – последние состоят из цепочек маленьких элементов одинакового размера.

Как медсестра, Кристи была прекрасно знакома со следами артериального кровотечения, которые оставляет тело человека, а не оружие, поэтому в рассказе «Кровь на мостовой» она говорит о крови, накапавшей на мостовую, весьма непринужденно.

БРЫЗГИ ОТ ФОНТАНИРОВАНИЯ АРТЕРИАЛЬНОЙ КРОВИ

Такие следы образуются при повреждении крупной артерии, например бедренной на ноге или сонной на горле, обычно при нанесении колото-резаной раны. Брызги, попавшие на преграду, допустим на стену, выглядят как множество цепочек[245]. Это объясняется тем, что с каждым ударом сердца кровь мощной струей выбрасывается из раневого отверстия. По мере снижения объема крови в организме и силы сердечных сокращений высота дуг уменьшается.

Кристи не описывает фонтанирование крови, но она хорошо понимала разницу между венозным и артериальным кровотечением: мы видим это в романе «Рождество Эркюля Пуаро», ее самом кровавом произведении. Писательница, словно губка, впитала эти знания во время работы медсестрой. Книга начинается с того, что Симеон Ли, старый и немощный, но озорной патриарх типичного деревенского дома, планирует весьма интересное семейное Рождество. Столкнув между собой своих детей и их вторых половин, он угрожает, что перепишет завещание, как только нотариус возобновит работу после праздников. Неудивительно, что в канун Рождества его «зарезали, как свинью», и он потерял столько крови, что «смерть наступила почти мгновенно». Полковник Джонсон обращается к доктору:

«А как насчет пятен крови? Ведь тот, кто его убил, сам должен был испачкаться в крови.

– Необязательно, – отозвался доктор. – Кровь текла в основном из яремной вены, а там напор не такой, как в артерии, значит, она не била струей».

Агата знала, о чем говорит. В «Судебной медицине Симпсона» сказано: «Повреждение неприкрытой поверхностной артерии обычно приводит к тому, что кровь выбрасывается из раны, в то время как при повреждении аналогично расположенной яремной вены кровь только заполнит рану и не будет бить струей»[246].