Ромен Гари, хамелеон

Двадцать четвертого ноября Анри Опно вынужден был попрощаться со своим нью-йоркским пресс-атташе. Гари решил уехать из Нью-Йорка. Через три дня Гари направил письмо в кадровую службу, где напоминал, что три месяца назад г-н Левассер обещал ему место советника первого класса, его слова подтвердил и Опно. «Теперь, господин министр, возможны только два объяснения: либо моя скромная дипломатическая карьера объясняется скромностью моих личных заслуг, и в таком случае я подаю в отставку, либо речь идет о вопиющей несправедливости, и в таком случае я считаю себя вправе требовать пересмотра принятых решений». В итоговой характеристике Анри Очпно выставил Гари высший балл за все время его работы во французском представительстве в ООН.

Гари предложили пост в Организации Брюссельского договора в Лондоне, на который он мог заступить с 15 декабря. Но 21 декабря против своей воли Гари, который по-прежнему оставался секретарем Министерства иностранных дел первого класса второго эшелона, был назначен на аналогичную должность в посольстве Франции в Великобритании. В ожидании откомандирования он должен был временно осуществлять связь между посольством и генеральным секретариатом Организации Брюссельского договора. От него также требовали представить примерный расчет стоимости переезда в Лондон. Впереди бьио еще немало трудностей.

44

1954 год стал для Лесли Бланш годом триумфа. Ее первая книга «Дикие берега любви»^{388}, посвященная Ромену Гари, пользовалась огромным успехом в Англии, а в Соединенных Штатах даже была награждена премией Book of the Month[49].

Одна из повестей, вошедших в книгу, «Белокурая султанша», — история Эме Дюбюк де Ривери — была экранизирована студией «Метро Голдвин Майер» в 1955 году. Фильм был цветной, с огромным бюджетом, а в главной роли снималась сама Элизабет Тейлор. Права на экранизацию Лесли уступила по весьма высокой цене: «Я заранее знаю, что фильм будет ужасный, но так я по крайней мере немного заработаю», — вздыхала она, подписывая контракт. В Англии у нее жила старая больная мать, которую надо было содержать. Переводы «Белокурой султанши» вышли в двенадцати странах. Лесли была возмущена количеством ошибок в примечаниях. Так, по поводу одной из ее героинь, которую звали Эже-ни, в примечаниях указывалось: Eugenie, Empress of the French![50] Увидев на первой странице посвящение, Гари растрогался до слез.

Все три его романа, вышедшие один за другим во Франции, постигла неудача, и он чувствовал себя глубоко подавленным. Однажды вечером Шарль Люсе, первый советник постоянного представительства Франции в ООН, советник-посланник и заместитель уполномоченного в Совете Безопасности, с удивлением увидел, что в кабинетах французского представительства до сих пор горит свет. Сквозь матовое стекло двери угадывалась фигура человека, который сидит, положив голову на стол. Люсе вошел и увидел, что это Гари. «Вам плохо?» — «Нет, просто я неудачник… неудачник…»

«Дикие берега любви» занимали первые строчки в списках самых продаваемых в Великобритании и США книг. Лесли то и дело звонили по телефону. Однажды, когда весь дом оккупировали журналисты, желавшие взять у нее интервью, Гари спрятался в туалетной комнате. Он сидел на краешке ванной, когда вдруг в дверь просунулась голова и прозвучал вопрос: «Каково это — жить со знаменитым писателем?» — «Спросите у моей жены. Она это делает вот уже десять лет», — не моргнув глазом ответил Гари.

Через три года, когда Ромен Гари стал лауреатом Гонкуровской премии за «Корни неба», «Актюалите литерер» опубликовала его рассказ «Уже в продаже», в котором он смеялся над собой, рассказывая об успехе Лесли.

Восьмого декабря Ромен Гари сообщил в письме своему другу Рене Ажиду, что рассчитывает через неделю быть в Лондоне, откуда сможет чаще приезжать в Париж. Лесли оставалась в Нью-Йорке. Прежде чем уехать, Ромен спросил у нее: «А Вы? Вы вернетесь в Лондон?» — «Ни за что на свете, — ответила Лесли. — Я не хочу, чтобы люди из той среды, от которой я оторвалась, выйдя за вас замуж, видели, что наш брак не удался».

За несколько дней от отъезда Гари позвонил в девять часов утра домой своему помощнику и начал объяснять, что, поскольку у него не хватало чемоданов для переезда, пришлось покупать новые, но оказалось, что они не проходят в дверь квартиры, поэтому он оставил их в общем коридоре. Ромена приняли супруги Опно. Он был в отчаянии и рыдал как дитя.