Ромен Гари, хамелеон

Это был не Александр Наталь, не Арман де Латор, не Терраль, не Васко де Лаферне, не Ролан де Шантеклер, не Роман де Мизор, не Ролан Кампеадор, не Ален Бризар, не Юбер де Лонпре, не Ромен Кортес — он перечислял матери свои псевдонимы целым списком, — нет, это был Эмиль Ажар, он же Хамиль Раджа.

Гари, наблюдавший со стороны за собственной «второй жизнью», вернулся из Женевы в Париж и просил Поля Павловича соблюдать предельную осторожность. Он должен был хранить строжайшее инкогнито. По мнению Гари, Павлович этим обязательством пренебрегал.

Ромен Гари пишет, что, как только Поль разрешил поместить свою фотографию в газете и сообщил читателям «Монд» массу подробностей о своей жизни, «мифический персонаж, которым я так дорожил, умер, а его место занял Поль Павлович»^{736}. Словно в шахматной партии, Павлович, до сих пор казавшийся безвредной для Гари пешкой, незаметно прошел в ферзи. Но теперь Гари уже не мог сотрудничать с кем-то другим.

96

Четырнадцатого сентября на первой полосе «Монд» появилась хвалебная статья Жаклин Пиатье на роман «Вся жизнь впереди» под заголовком: «Второй сюрприз Эмиля Ажара». Манера Момо разговаривать показалось ей очень жизненной: на ее взгляд, «плохие выражения»^{737} рассказчика убедительно передают речь иммигрантов, которые не сумели ассимилироваться во французском обществе. Это особый, достаточно сложный язык, который не имеет ничего общего с детской речью. Таким образом, культурный багаж Момо значительно превышает знания обычного мальчишки.

Симона Галлимар была настолько довольна интервью, которое удалось взять у Ажара Ивонне Баби, что издала его отдельной брошюркой и разослала всем членам Гонкуровского жюри. В литературных кругах Парижа только и говорили, что об Ажаре.

Вернувшись из Копенгагена, Поль Павлович направил Симоне Галлимар письмо за подписью Эмиля Ажара, в котором жаловался на датскую прессу, якобы обнародовавшую его сложные отношения с правосудием: теперь ему грозят еще более серьезные проблемы, вплоть до того, что он вынужден покинуть страну. Пусть уж лучше журналисты будут говорить, что Эмиля Ажара не существует, чем подтверждать эту скандальную информацию. Ведь ему чудом удалось получить вид на жительство в Швейцарии, а теперь его могут запросто выдворить из страны! И зачем он дал газетчикам свою фотографию?.. Последнее указание, которое Павлович дал Симоне Галлимар: она и Мальси Озанна должны держать в строжайшем секрете, что он сейчас в Женеве^{738}.

Когда в печати появилось интервью Ивонны Баби, Жаклин Пиатье попросила Симону Галлимар устроить ей встречу с Эмилем Ажаром. Симона организовала обед в ресторане. Критик и «автор» беседовали о книгах Ажара даже на обратном пути в издательство «Галлимар».

Скоро все узнали, что Поль Павлович — родственник Ромена Гари. Редакция журнала «Пуэн» поручила журналисту Жаку Бузерану^{739}, ведшему колонку «Общество», с помощью Мари-Терезы Гишар и Жана-Мари Понто разыскать Эмиля Ажара. Гари гордился тем, что репортеры оказались проницательнее литературных критиков. Корреспонденту «Пуэна» в Копенгагене Камий Ольсен не удалось найти никаких следов Эмиля Ажара или Хамиля Раджи. За дело взялся Бузеран, но он напрасно искал в телефонном справочнике Парижа фамилии Азар, Раджа, Аржа и так далее. Тогда он попытался получить информацию об Ажаре в полиции, но опять тщетно. Перечитывая интервью Ивонны Баби, Бузеран обратил внимание на то обстоятельство, что Ажар, по его словам, четыре года учился на медицинском факультете в Тулузе. А ведь Жак Бузеран родился в Каоре еще в 1939 году и знал всех, кто после школы уехал в Тулузу получать высшее образование. Кроме того, именно на медицинском факультете в свое время учились две его знакомые, Дениза Самсон и сестра Анни Павлович — Сюзи Барро. Бузеран долго вглядывался в фотографию Ажара, сделанную на Антильских островах (Анни тогда снимала видеофильм).

Несколько дней спустя Жак Бузеран показал номер «Пуэна» с фотографией Ажара своим друзьям из Тулузы и спросил, знаком ли им этот человек. Они сразу же отреагировали: «Да ведь это Алекс!» Бузеран вдруг вспомнил, что у Анни действительно был приятель Алекс, когда они еще учились в лицее в Каоре. Тогда Поля Павловича звали его вторым именем, Алекс. Кроме того, Бузерану припомнилось, что десять лет назад, когда сестра Анни Сюзи выходила замуж, на свадьбе этот Алекс был.

На следующий день Бузеран, продолжая расследование, сообщил главному редактору «Пуэна» Жаку Декену, что располагает двумя важными фактами. Тот позвонил Сюзи Барро. Трубку снял ее муж, который охотно рассказал Бузерану, что стало с его свояком Алексом: он живет с Анни в Каньяк-дю-Кос и только что опубликовал книжку, которая у всех на устах. Но связаться с ним не так просто, потому что у них нет телефона — Барро это сказал, чтобы отвадить Декена.