Ромен Гари, хамелеон

Павлович не замедлил объявиться и начал давить на Мартена Мальви, чтобы тот не печатал статью до его возвращения; за эту услугу он обещал дать ему интервью с условием, что его настоящее имя не будет раскрыто. Встреча была назначена на 21 час того же дня и, разумеется, должна была состояться вдали от любопытных глаз. Пьер Лагард предложил устроить ее у себя дома. Приехав, Поль припарковал красный «Фольксваген» Ромена Гари у рынка и пошел к Лагарду пешком. Беседа длилась часа полтора и прошла в напряженной обстановке, после чего участники конспиративной встречи чокнулись и потом до часа ночи жевали сэндвичи на кухне у хозяина. Конечно, Мартен Мальви не понимал, почему Павлович так нервничает. Они шли вместе до моста Валантре, где и распрощались. На следующий день Мартен Мальви взял интервью у Анни в присутствии фотографа.

Интервью с Эмилем Ажаром вышло в номере «Депеш дю миди» от 21 ноября. На прямой вопрос: «Мы не будем разглашать Вашего имени, но скажите по крайней мере, Вы действительно Эмиль Ажар?» — Павлович ответил: «У вас нет доказательств, что Эмиль Ажар — это я. Даже если вы силой приведете меня в издательство, там вам ответят только то, что я передавал им рукописи и корректуру. Но им самим неизвестно, какова моя истинная роль в этом деле. А уж вам-то что до того, приятель?»

Парижские газеты — «Орор», «Фигаро», «Монд»^{744} — не были связаны в отличие от Мальви никакими обязательствами, а потому немедля напечатали сенсационную новость: Эмиля Ажара на самом деле зовут Поль Павлович, и он родственник Ромена Гари. Сообщалось также, что писатель незадолго до того встречался со своим адвокатом Жизель Алими и передал ей написанное от руки заявление, в котором подтверждал свое «окончательное решение отказаться от Гонкуровской премии». На следующий день «Жизель Алими передала эту бумагу председателю жюри. Кроме того, она поставила в известность издательство „Меркюр де Франс“, направив туда аналогичное письмо».

Председателем Гонкуровской академии тогда был Эрве Базен; он выступил с заявлением по поводу Эмиля Ажара:

1. Поскольку г-н Ажар дал интервью, зная, что является претендентом на получение Гонкуровской премии, но не высказав ни малейшего намерения отказаться от нее, академия примет его отказ к сведению лишь по получении рукописного заявления от г-на Ажара с должным образом заверенной подписью.

2. Академия выносит решения по книгам, а не по их авторам. Нельзя ни отказаться от Гонкуровской премии, ни принять ее, точно так же как нельзя отказаться от рождения и смерти. Г-н Ажар в любом случае останется лауреатом Гонкуровской премии, хотя он в полном праве не указывать этого на обложках своих книг.

3. Тем не менее, ввиду того что Гонкуровская премия дает автору награжденного произведения большую популярность, а отказ от нее становится для него дополнительной рекламой, а также принимая во внимание два предыдущих случая отказа, когда авторы, невзирая ни на что, сохранили за собой права, академия рекомендует г-ну Ажару отказаться также от доходов от продажи книги и передать их, например, на благотворительность в Общество литераторов.

А ведь Павлович говорил в интервью Мартену Мальви: «Я никак не могу пренебрегать деньгами. Слишком долго я за ними гонялся. В этом отношении я буду счастлив получить Гонкуровскую премию, потому что это означает большие прибыли».

В «Монд» была напечатана небольшая статья Ивонны Баби, в которой она советовала читателям: «Давайте оставим все эти споры хроникерам, а сами откроем роман „Вся жизнь впереди“, чтобы услышать голоса Ажара, Момо, мадам Розы, ведь только их нам всем следует сегодня слушать».