Россия и русские. Книга 1

Грузия также была заинтересована в установлении господства сильной христианской державы над ее мусульманскими соседями. В 1783 г. царь Картли и Кахетии Ираклий II предложил России идеальные условия в борьбе с персидской агрессией. В обмен па военную защиту Грузии Россия получила право контролировать вопросы престолонаследия Баграти-дов и внешнюю политику Грузии.

Эти гарантии могли быть осуществлены, только если Россия сможет вести военные действия на Кавказе. С этой целью Россия построила новую крепость на реке Терек (Владикавказ) и высокогорную Военно-Грузинскую дорогу. Она протянулась через весь Кавказский хребет до столицы Грузии Тифлиса.

Несмотря на обещания, русские все же не смогли предотвратить разрушение Тифлиса персидскими войсками. В 1795 г. персы захватили в плен и увели из страны 30 тысяч человек. Однако защита и укрепление Военно-Грузинской дороги стали для России одной из основных целей внешней и военной политики и ключом к военно-политическому господству на Кавказе. Дорога постоянно требовала внимания. Она проходила через суровую местность, окруженную скалистыми горами и населенную одними из самых воинственных племен на земле.

Это были крошечные племена, жившие в долинах, изолированных друг от друга высокими горными хребтами. Они говорили на различных диалектах и ревностно отстаивали свою независимость. Эти племена были скорее кланами, а не нациями. Многочисленность семьи была у них главным критерием силы и значительности. Употребление национальных терминов по отношению к этим народностям было бы слишком большим упрощением. Лишь условно можно говорить о них как о дагестанцах, чеченцах, ингушах, осетинах (которые долгое время были союзниками Грузии и частично охристианились), кабардинцах (составлявших ядро большого королевства в XVI в.), балкарцах, карачаевцах, черкесах и абхазах.

Летом они занимались пастбищным скотоводством, кочуя со своими стадами по высокогорным лугам, а зимой возвращались в долины.

Как и другие кочевники, они часто совершали набеги на соседние земледельческие племена, добывая рабов и захватывая трофеи.

Чеченцы воевали чаще и успешнее других кавказских народностей. В мирное время у них не было никакой иерархии. Они делились на многочисленные кланы, причем некоторые из них враждовали друг с другом.

Во время военных действий чеченские кланы оставляли свои ссоры, объединяли усилия и выбирали военных лидеров, которым подчинялись. Другие племена имели свою аристократию и более или менее устойчивую феодальную систему. Большинство кавказских племен были анимистами (т. е. верили в существование духов). Ислам начал распространяться в их среде только в XVIII столетии.

Русское вторжение на Кавказ и строительство крепости на Тереке сильно повлияло на традиционный образ жизни коренных жителей и ускорило распространение ислама, который стал идеологией сопротивления. Идейной основой для формирующегося демократического исламского сопротивления стали суфийские братства.

Первоначально суфизм носил созерцательный характер, но на Кавказе в периоды иноземных вторжений тесные отношения между наставником (шейхом или муршидом) и посвященным использовались для разжигания коллективных военных действий.

Исконно кавказская иерархия и подчинение племенному бегу заменялись равенством, готовностью пожертвовать своей жизнью и преданностью Пророку. Суфисты не признавали племенную элиту и се компромиссы с царскими властями, поэтому традиционная русская политика заигрывания с местной знатью теперь только провоцировала широко распространенное сопротивление^{408}.

В 1785 г. — первый лидер мусульманских повстанцев шейх Мансур объявил священную войну (газават) против неверных. Он обратился к ссверокавказским кланам с призывом оставить мелкие ссоры и во имя Аллаха объединиться для борьбы с захватчиками. Мансуру удалось собрать двадцатитысячную армию, которая осадила русскую крепость Кизляр, но не смогла захватить ее.

Несмотря на неудачу, действия Мансура сильно затруднили российскому правительству осуществление стратегических задач на Кавказе. Царские власти смогли обезвредить его только через шесть лет. Если бы Османская империя поддержала восстание Мансура, русское проникновение на Кавказе можно было бы предотвратить. Однако Мансур возглавлял Накшбандийское братство, а этому направлению суфизма турецкие власти не доверяли^{409}.

Решительное сопротивление кавказских народностей породило неуверенность и разногласия в русских правительственных и военных кругах. Одни считали, что следует продолжать вести проверенную тактику налаживания контактов с отдельными представителями аристократии и военными лидерами, задаривая их и постепенно подчиняя своей воле. Другие же считали, что единственный путь подавить сопротивление восставших кавказцев — решительные военные действия, а заигрывание со знатью только усиливает народную оппозицию.