Россия: народ и империя, 1552–1917

Результатом стало уничтожение тех институтов, которые отличали Польшу от других частей Российской империи. В 1835 году Николай I предупредил: «Если вы будете упорствовать в мечтах о… независимой Польше… вы можете навлечь на себя величайшие беды».

Сейм и отдельная армия были запрещены, а ведение польских дел передали российским министерствам. Рубль заменил злотый. Закрыли Варшавский университет, а над всеми школами установили российский контроль. В судах и администрациях русский язык стал официальным, российский уголовный кодекс вытеснил польский. Униатская церковь в бывшей Литве была ассимилирована в православную.

Короче говоря, с Польшей, гордой и независимой европейской нацией, обошлись так, словно это было какое-то степное ханство. Офицеры, служившие в повстанческой армии, были уволены со службы и сосланы в Сибирь. Многие, предвидя подобную участь, эмигрировали, в основном во Францию, ставшую второй родиной для тысяч поляков. Чарторыйский, поселившийся в отеле «Ламберт», стал кем-то вроде короля в изгнании. Польское Демократическое общество в Париже высмеивало дипломатические потуги Европы, говоря о «Священном Союзе Наций». Естественно, русским отводилась роль главного врага этого «Союза», и польская эмиграция с её блестящими поэтами, музыкантами, военными и государственными деятелями старшего поколения сумела поднять антирусские настроения во всей Европе. «Спасительница Европы» в 1812–1815 годах, Россия превратилась в «жандарма Европы», и эта репутация серьёзно мешала дипломатическим усилиям вплоть до конца XIX века.

Обстановка ухудшилась, когда в 1860-е годы Россия вновь начала реформы в Польше — результатом явилось повторение событий 1830 года. Пойдя на уступки церкви, разрешив частично открыть Варшавский университет, поддержав обсуждение реформ, в том числе отмену крепостного права, Александр II вызвал преувеличенные надежды и спровоцировал последующее горькое разочарование. Последовавшее за этим вооружённое восстание 1863–1864 годов имело целью восстановление польской независимости. Восставшие были упорны в своих действиях: на некоторое время полякам даже удалось почти полностью очистить свою территорию от русских войск и установить новую администрацию. Но, как и прежде, успех был сведен на нет внутренними раздорами, к тому же восставшие не сумели заручиться помощью ни одной европейской державы. К концу 1864 года русская армия вновь установила полный контроль России над Польшей, и на этот раз Польша лишилась последних остатков особого статуса: то, что было «Королевством Польским», стало просто «Привислинским Краем». Разгром восстания имел катастрофические последствия не только для самой Польши, поскольку он значительно ослабил реформистские намерения Александра II.

* * *

ЕВРЕИ. В результате раздела Польши в границах империи оказалось 400 тысяч евреев. Они доставили новым хозяевам множество проблем, аналогичных польским, и добавили ещё и собственные, особенные. Для русской администрации евреи оказались ещё одной «неудобной национальностью», сопротивляющейся ассимиляции и не подходящей ни под одну категорию населения. Евреи исповедовали древнюю религию и обладали высокой культурой, а по уровню грамотности и сплочённости намного превосходили русских. Обычно евреи преуспевали в любом деле, за которое брались, будь то торговля, ремесло, юриспруденция или что-то другое, а потому являлись опасными конкурентами. Русское население относилось к еврейской нации с завистью и злобой, частично по причине, указанной выше, частично из-за религии: мифы об «убийцах Христа» находили благожелательный отклик как у католиков, так и у православных.

И всё же, несмотря на высокую культуру и разнообразные таланты, подавляющее большинство евреев было бедно, отчасти по причине издавна практикуемой дискриминации, отчасти из-за общего экономического упадка Польши в XVIII веке. Бедность и те экономические функции, которые обычно исполняли евреи — лавочники, торговцы, ремесленники, содержатели постоялых дворов, ростовщики, — не позволяли даже думать о том, что кто-то может быть ассимилирован в российскую знать. Евреи оставались обречёнными на низкий общественный статус при наличии высоких достижений, что делало их нестабильным и взрывоопасным элементом.

С самого начала российское правительство заботилось не только о том, чтобы интегрировать евреев, но и о том, чтобы защитить от них другие национальности. Когда в 1791 году московские купцы обратились с просьбой оградить их от конкурентов, правительство ответило постановлением о запрещении евреям селиться в столичных городах: так было положено начало созданию «черты оседлости», которая ограничивала проживание евреев — за редким исключением — территориями Польши, Украины и Новороссии.