Российская разведка XVIII столетия. Тайны галантного века

С вице-королем он договорился о том, чтобы тот разлучил царевича с Ефросиньей и так как Алексей без нее жить не мог, то вынужден будет пойти на уступки. Сам же Толстой, увидевшись с Алексеем, заявил ему, что получил сообщения о том, что Петр лично едет к сыну и подготовил войска в Польше для похода на Австрию. Это окончательно сломило Алексея, и он согласился вернуться в Россию, выговорив себе право жениться на Ефросинье и жить с ней в деревне. 14 октября 1717 года Толстой увез его из Неаполя, а 31 января 1718 года его доставили в Москву.

Так бесславно закончился этот инцидент для внешних и внутренних врагов России. Толстой же показал себя во всем своем блеске как искусный дипломат-разведчик. Он не только выполнил поручение Петра, но проделал это без всяких дипломатических и военных осложнений, без скандалов, без больших затрат и поднял авторитет Петра и России на еще большую высоту.

Австрийцы не только ничего не выиграли. Напротив, в результате пострадал их престиж, ибо они перед всем миром показали себя виновными в интригах и вмешательстве в сугубо внутренние, даже семейные, дела царствующего в России дома. Разрешение дела царевича Алексея было значительной дипломатической победой Петра над австрийцами. Единственная потеря, которую понес Петр, — это русский посланник при цесаре А.П. Веселовский. Царевич, доставленный в Москву, был привлечен к следствию, выдал всех своих сообщников и лиц, причастных к его побегу. А.П. Веселовский оказался скомпрометированным и, боясь разделить участь других, предпочел не возвращаться в Россию. Он сам стал невозвращенцем.

Дело царевича имело еще одно последствие: австрийский резидент в России Отто Блеер оказался замешанным в деле; он был связан с оппозиционными элементами в России, «имел весьма непозволенные советы, касающиеся к возмущению».

Петр обратился к цесарю с просьбой отозвать своего резидента. В ответ на это представление австрийцы выслали без предупреждения всех русских консулов и предложили выехать в восьмидневный срок всем русским дипломатам. Петр в свою очередь ударил Австрию по самому чувствительному месту — приказал выслать из России всех миссионеров-иезуитов.

Формально иезуитам въезд в Россию был воспрещен и раньше, ибо Петр знал, что братство Иисуса не религиозная организация, а политическая, и еще в начале своего царствования высказался так:

«Знаю я, что иезуиты большею частью люди ученые, во многих художествах искусные и ко всему способные, но не для меня, ибо я знаю также и то, что сколь они не кажутся набожными, однако ж вера их служит только покровом к обогащению, так как их училища и художества орудием к проискам, к услугам и выгодам папы и к господствованию над государями»^{35}.

Конфликт Петра с иезуитами нашел потом свой отклик и в других странах. Везде, где могли, они вредили Русскому государству.

* * *

Русская дипломатическая разведка получила широкое развитие в начале XVIII века. Отличительной ее чертой являются широкие масштабы работы. Впервые в истории Русского государства разведка распространяет свое влияние не только на всю Европу, но и на Азию. Отправляя в 1715 году в Персию Волынского, Петр дал ему подробную разведывательную инструкцию по всем вопросам государственного устройства, военного и политического положения страны и для лучшего выполнения заданий усилил личный состав посольства, придав ему в помощь ученых.

Всякий раз, когда посылали послов, купцов, ученых в Китай, им давали конкретные задания самого разностороннего характера. С такими заданиями, например, был послан в Китай врач Лоренс Ланг. С обширными разведывательными целями в 1692 году в Китай направили посланника Елизара Избранта, пользовавшегося в Китае услугами миссионеров-иезуитов, работавших там.

Впервые при Петре разведывательные партии отправили в Индию, на Каспийское море, Камчатку и Курильские острова.

Наряду с этим второй отличительной чертой разведки при Петре являлась ее активность. Мы уже видели, что Петр никогда не ограничивался только одной информацией. Русские дипломаты-разведчики пользовались очень широко агентурными комбинациями для оказания влияния на политику других государств и принимали агентурные контрмеры (репрессии) всегда, когда этого требовала обстановка.

Такой диапазон работы определял и характер агентуры петровской разведки. Мы видим, что это главным образом крупные политические деятели (министры, дипломаты, духовные лица). Агентурная сеть тогдашней разведки была сетью высокоценных агентов, а не массовой мелкой агентуры.