Российское обществоведение: становление, методология, кризис

Решение о методе создания общности бизнесменов было принято в закрытом порядке, ученые-«консерваторы» не были допущены к обсуждению. А в целом сообщество обществоведов как будто «не замечало» этой сложной проблемы, которую требовалось изучить и обсудить. Так был создан порочный круг, который надолго блокировал и возможность консолидации общества, и восстановление хозяйства, и модернизацию всего бытия России. В самой доктрине реформы была допущена фундаментальная ошибка: авторы доктрины игнорировали тот факт, что любой хозяйственный уклад имеет под собой определенную мировоззренческую основу. Ни в одной стране, которая проводила индустриализацию, не допускали возникновения частного предпринимательства, не связанного какой-либо этической системой.

Современный капитализм и буржуазное общество могли быть построены на Западе потому, что им предшествовало построение новой нравственной матрицы – протестантской этики. Это специфическая культурная основа, во многих смыслах несовместимая с культурой России. В Японии и потом в Юго-Восточной Азии сложился «конфуцианский капитализм», организованный государством на основе межсословного договора, корнями уходящего в традиции ХI в. Япония, когда ей надо было создавать современную промышленность («Реставрация Мэйдзи), отправила в Европу самураев учиться на предпринимателей. Но их деятельность была, как и у пуритан, формой служения, в данном случае служения Японии. Предпринимательство Тайваня, доктрина которого была выработана Гоминданом (хотя и при поддержке США), подчинялось «социалистической» этике. За 1950—1960-е гг. там резко сократилось социальное расслоение: децильный фондовый коэффициент с 30,4 в 1953 г. сократился до 8,6 в 1964 г. и 6,8 в 1972 г.

Русский капитализм ХIХ в. был многим обязан старообрядцам, они вручали сбережения религиозной общины для создания фабрик молодым образованным выходцам из их среды. Но в России 1990-х гг. готовую промышленность вручили людям, лишенным всяких нравственных обязательств перед производством, зачастую не знающим и не любящим его. Редкие исключения не изменили общей картины.

Общий вывод такой: не может возникнуть успешной рыночной экономики, если общность частных предпринимателей, которым дают право распоряжаться капиталами, не связана жесткими этическими нормами, нарушение которых карается санкциями уже внутри сообщества. А реформаторы 1990-х в России исходили из того, что ослабление государственного контроля и надзора, свобода от обыденных для советского времени норм, увеличение свобод и льгот приведут к появлению дееспособного и ответственного предпринимателя.

Это – глубокое заблуждение. Эффективный и ответственный предприниматель – продукт большой системы социальных, культурных и экономических усилий государства и общества. Без этой системы уход государства приводит лишь к появлению хищного антисоциального и антинационального культурно-исторического типа, который начинает доминировать в элите. Вот один из многих симптомов: согласно оценке Министерства финансов РФ, в результате ухода от налогов государство недополучает около 90 млрд долл. ежегодно. А по оценкам американского центра Global Financial Integrity, в 2011 г. в России масштабы теневой экономики достигли 46 % ВВП. Во всех странах СНГ в условиях кризиса теневая экономика еще более выросла: 68 % ВВП – в Грузии, 57 % ВВП – на Украине, более 62 % ВВП – в Азербайджане [261]. Как с такими бизнесменами можно создать социальное государство? Вспомним, что группа западных экспертов высшего класса объясняла нашим видным социологам и экономистам, что нельзя было рекрутировать бизнесменов посредством приватизации, ибо они «демонстрируют паразитическое поведение» [85].

Академик А.Г. Аганбегян, бывший помощником Горбачева в экономике и несущий ответственность за доктрину формирования общности бизнесменов, сейчас рассказывает такой эпизод: «Руководители General Motors, Ford и Chrysler пришли в конгресс США просить деньги для Детройта, где безработица достигла 40 %, но их отправили назад, сказав: во-первых, продайте свои личные самолеты, во-вторых, установите себе зарплаты ниже зарплаты президента и т. п. …General Motors вынужден был объявить банкротство и взять эту помощь, но постарался скорее выплатить долг, настолько жесткими были условия…

Возьмем наш пример. Обратился Р. Абрамович с просьбой о помощи. Ему дали 2,2 млрд долл. – больше, чем всему малому бизнесу России. При этом Р. Абрамовичу дали деньги в начале кризиса, а малый бизнес получил помощь только осенью 2009 г., когда значительная часть малых предприятий уже разорилась. Что сделал Абрамович? Как пишет иностранная пресса, он купил себе третью по счету яхту, самую большую в мире, за 390 млн долл., и на одном из островов в Карибском море купил имение за 90 млн долл. Владея целой эскадрильей самолетов, судов, несколькими замками, ничего из этого не продал» [262].