Российское обществоведение: становление, методология, кризис

Большинство тех, кто причисляет себя к «шестидесятникам», постепенно, шаг за шагом сдвинулись к антисоветской позиции. Более того, в конце 1970-х гг. у них стали проявляться прозападные установки, причем именно в контексте холодной войны Запада против СССР. Они все больше и больше становились в этой войне «союзниками Запада». К концу перестройки это стало обязательным для «прогрессивного интеллигента». Г.С. Батыгин пишет: «Одним из маркеров альтернативной интеллектуально-культурной “элитности” в 1990-е гг. являлась “признанность на Западе”, и сама позиция репрезентанта “западных» ценностей позволяла создать новое измерение социального статуса в российском интеллектуальном сообществе» [4, с. 13].

Но главное в том, что практически все сообщество обществоведов, основной состав которого честно преподавал «научный коммунизм» или социологию, вовсе не хотело разрушить советский строй, но легко принимало скрытую антисоветскую пропаганду элиты. То меньшинство, которое чувствовало манипуляцию и угрозу в рассуждениях этой элиты, не имело понятийного аппарата и логики, чтобы рационально и внятно изложить товарищам суть этой угрозы.

Мы стоим перед фактом, который невозможно отрицать: советское обществоведение, в основу которого была положена методология исторического материализма, оказалось несостоятельным в предсказании и объяснении кризиса советского общества. Речь идет об ошибках, совершенных большим интеллектуальным сообществом, так что объяснять эти ошибки аморальностью или конформизмом членов сообщества невозможно. Те методологические очки, через которые оно смотрело на мир, фатальным образом искажали реальность.

СССР продержался на «неявном» знании поколений, которые практически строили советскую государственность и хозяйство, вели войну и занимались послевоенным восстановлением. С уходом этих поколений, которые не оставили формализованного знания («учебников»), ошибочные представления об обществе, полученные в школе, вузе и из СМИ, вели к все более глубоким срывам.

Катастрофический кризис был порожден перестройкой. Но перестройка была уже срывом, она вскрыла ту слабость советского обществоведения, которая стала нарастать с 1960-х гг. Углубляясь в идеи марксизма и либерализма ХIХ в., советское обществоведение быстро отрывалось от традиционного знания России и от здравого смысла. На методологических семинарах и конференциях велись дебаты по проблемам, которые не пересекались с реальной жизнью; причем велись они на языке, который не описывал главных проблем этой жизни. И этот сдвиг был именно системным.

Подобный кризис переживает и общественная мысль Запада. Либеральный философ Дж. Грей называет всю современную западную политическую философию «мышлением в духе страны Тлён». По его словам, «подобное понимание господствующих сил столетия… не предвещает ничего хорошего современной политической философии или либерализму». Но на фоне отказа советского обществоведения кризис западной общественной мысли выглядит менее принципиальным. «Мышление в духе страны Тлён» – аллегория, приложенная Дж. Греем к современному обществоведению либерализма, гораздо более она справедлива в отношении российского обществоведения, которое продолжило методологическую линию советской социальной и политической философии 70—80-х гг. Эта аллегория удивительно точна, вспомним ее суть.

В рассказе-антиутопии Хорхе Луиса Борхеса «Тлён, Укбар, Orbis tertius» (1944) говорится о том, как ему странным образом досталась энциклопедия страны Тлён. В ней были подробно описаны языки и религии этой страны, ее императоры, архитектура, игральные карты и нумизматика, минералы и птицы, история ее хозяйства, развитая наука и литература – «все изложено четко, связно, без тени намерения поучать или пародийности». Но весь этот огромный труд был прихотью большого интеллектуального сообщества («руководимого неизвестным гением»), которое было погружено в изучение несуществующей страны Тлён.

То описание СССР, которое с конца 70-х гг. составлялось элитой отечественного обществоведения, было именно «энциклопедией страны Тлён», и оно становилось год от года все более мрачным. К 1985 г. описание СССР, заполнившее пространство СМИ, стало быстро сливаться с образом «империи зла», сфабрикованным идеологами администрации Рейгана. Ничего в этом плане не изменилось с тех пор. Те же профессора и академики советуют сегодня правительству России, они же обучают российскую молодежь – по тем же учебникам, составленным из текстов «энциклопедии страны Тлён».