Рождение Древней Руси. Взгляд из XXI века

Все эти события, изменившие коренным образом политическую ситуацию в Северном Причерноморье, в определенной мере явились следствием кризиса, поразившего хлебную торговлю, когда скифы в погоне за ускользающими доходами пытались захватить земли на западе, ослабив свои рубежи на востоке. Появление в восточноевропейских степях сарматов отчасти могло быть спровоцировано отзвуками очень далеких перемещений кочевников (в частности, массагетов), которые, возможно, были связаны с походами Александра Македонского, всколыхнувшими всю Центральную Азию и нарушившими традиционные торговые и экономические отношения между кочевниками и соседним оседлым населением. На страницах сочинений греческих авторов IV–II вв. до н. э. появляются новые этнонимы – «сирматы» и «сарматы», которые в некоторых контекстах противопоставляются савроматам. По некоторым версиям, сарматы являлись одним из родственных савроматам племен, вынужденным уйти из мест своего традиционного кочевания в Южном Приуралье и Заволжье под напором других племен на запад (карта 13).

Очевидно, именно с этим связано то, что не позднее конца IV в. до н. э. новые пришельцы сарматы (в отличие от родственных им савроматов, живших по-прежнему за Танаисом) активно начинают тревожить скифов, проникая вглубь территории между Доном и Днепром. Очень красочно события подобного рода описал знаменитый сатирик II в. до н. э. Лукиан Самосатский. Он подчеркивает неожиданность нападения сарматов, которые всех скифов обратили в бегство, многих храбрецов убили, других увели живыми, угнали добычу и разграбили палатки[41].

Скифия, ослабленная после гибели своего царя Атея в 339 г. до н. э. и вступившая с III в. до н. э. в полосу затяжного кризиса, не могла противостоять натиску сарматов. В конце концов постоянные набеги новых кочевников завершились их массовой миграцией, после которой степи Северного Причерноморья между Доном и Днепром оказались подвластными сарматам, и здесь пролегли маршруты их кочевий. Именно об этом сообщает во второй половине I в. до н. э. автор «Исторической библиотеки» Диодор Сицилийский: «…много лет спустя, сделавшись сильнее (сарматы. – Авт.), опустошили значительную часть Скифии и, поголовно истребляя побежденных, превратили большую часть страны в пустыню»[42].

Согласно имеющимся письменным и археологическим источникам, первая мощная волна сарматских орд остановилась на берегу Днепра. Именно на этой черте скифам на рубеже II–III вв. до н. э. удалось остановить натиск новых кочевников путем строительства опорных укрепленных пунктов. Однако отдельным группировкам сарматов удалось проникнуть и западнее Днепра, и они смогли дойти даже до Южного Буга.

С этого времени уже можно говорить о реальной гегемонии сарматов в Северном Причерноморье: с их силой вынуждены были считаться все соседи, включая даже Рим, а имя сарматов все чаще встречается в сочинениях того времени. Так, Полибий (II в. до н. э.) среди европейских властителей называет и сарматского царя Гатала. На карте Римского государства, составленной сподвижником римского императора Августа Агриппой (середина I в. до н. э.), среди 24 областей римского мира в качестве IX области названа Сарматия, западная граница которой проходила по Днепру.

Однако сарматы не являлись единым народом, а представляли собой конгломерат разных племен, хотя и близких между собой по языку. В «Географии» Страбона (65–25 гг. до н. э.) впервые появляются наименования отдельных сарматских племен: сираки, языги, роксоланы, аорсы[43]. При этом сарматы, очевидно, не составляли и единого политически целого, поскольку примерно в это же время в исторической и географической литературе укореняется деление на Европейскую и Азиатскую Сарматии, граница между которыми проходила по Меотиде и Танаису. В пятой книге своего труда Птолемей так определял границы последней: «Азиатская Сарматия ограничивается с севера неизвестной землей; с запада – Европейской Сарматией до истоков реки Танаиса и самой рекой Танаисом до впадения его в Меотийское озеро, а также восточной частью Меотийского озера, от Танаиса до Киммерийского Боспора»[44].

По данным Страбона, сираки и аорсы жили к востоку от Дона на территории Азиатской Сарматии. Роксоланов он помещает за Борисфеном, т. е. в междуречье Дона и Днепра, а языгов на западе, между Днепром и Дунаем, поблизости от бастарнов.