Рождение Древней Руси. Взгляд из XXI века

Письменные источники не дают подробной и ясной картины расселения племен Восточной Европы в этот период. Византийские авторы VI в., описывая географию этой части континента, сообщают имена различных крупных народов, обитавших в данном регионе. При этом они часто противоречат друг другу, называя их по-прежнему то гуннами, то другими именами. Несомненно лишь то, что имя гуннов было общим собирательным названием различных племен, вовлеченных в мощный поток гуннского нашествия, а частая смена названий народов, возможно, являлась лишь следствием смены главенствующих племен в тот или иной исторически краткий промежуток времени. Мало что могут дать и археологические находки. Судя по отрывочным данным, новые жители востока Европы, как и их предшественники, были кочевниками. В середине VI в. Иордан об одном из таких племен писал: «Летом они бродят по степям, раскидывая свои становища в зависимости от того, куда привлечет их корм для скота; зимой же переходят к Понтийскому морю»[73]. Понятно, что целенаправленный поиск следов подобных культур почти невозможен, и археологи находят их лишь случайно.

Создававшиеся кочевниками государственные образования отличались крайней неустойчивостью, низкой конфликторазрешающей способностью. Они не обеспечивали безопасности хозяйственной деятельности, более того, порождали постоянные войны и набеги. После смерти Аттилы в 454 г. н. э. гуннское объединение распалось. Против гуннов восстали подчиненные им германские племена. Старший сын Аттилы Эллак был убит в одной из битв. Младшие братья последнего, отойдя со своими ордами в восточноевропейские степи, пытались было еще восстановить свою власть в Паннонии, но были отражены и, по словам современника, «направились в ту часть Скифии, вдоль которой текут струи реки Данапра» (Днепра). Однако эти обломки гуннской державы просуществовали всего несколько десятилетий и пали под напором новых кочевников.

Болгары и авары

Политический вакуум в степях Восточной Европы после распада остатков державы Аттилы очень быстро был заполнен появлением новых объединений кочевых племен, среди которых выделяются болгары[74]. Они говорили на одном из архаичных тюркских языков. По отдельным словам и грамматическим формам, сохранившимся в письменных памятниках и отразившим язык волжских и дунайских болгар (до славянизации последних), исследователями было установлено, что болгарское наречие было предшественником современного чувашского языка; его элементы сохранились также у татар Поволжья, гагаузов, кумыков и некоторых других тюркоязычных народностей.

Первое появление их на исторической арене зафиксировано источниками в начале V в. и было связано с тем, что они были сдвинуты с мест прежнего обитания гуннами. К сожалению, наши сведения о ранней истории болгар чрезвычайно скудны и неясны. Византийские авторы VI в. то отождествляют болгар с гуннами, то противопоставляют их друг другу. Соответственно по-разному решается вопрос о происхождении болгар и в научной литературе.

Также существуют разногласия и относительно места их первоначальной родины. Одни полагают, что в IV–V вв. н. э. она находилась в степях современного Северного Казахстана, другие склоняются к точке зрения, что болгары первоначально обитали в Западном Предкавказье. В 1990-х гг. среди некоторых болгарских историков стала популярной теория восточноиранского происхождения древних болгар. Согласно ей, они жили между Западным Гиндукушем, Памиром и рекой Оке (Амударья). В древности эта страна именовалась по-гречески – Бактрия или Балхара (самоназвание) с центром в городе Балх. От названия последнего выводится этноним «болгары». При этом указывают на то, что болгар армянские источники именуют булхи, а в индийских исторических сочинениях упоминается народ балхики. Впрочем, за пределами Болгарии эта версия не получила заметного распространения.