Как подготовиться к двум марафонам в день в течение трех месяцев, особенно если при этом нужно бежать по песку в одуряющей жаре? У нас не было никаких специальных справочников или книг вроде «Бегом по пустыне для чайников». Нам с Кевином и Рэем нужно было разработать свою программу тренировок. Я понимал, что придется ставить не на скорость, а на выносливость. Я пробегал 160 километров в неделю, поднимал вес и выполнял упражнения йоги для улучшения общей физической формы. Чаще всего я бегал на дистанции от 16 до 48 километров, но иногда и более коротких, чтобы привыкнуть к частым перерывам в беге. Отправляясь в магазин, я бегал полтора часа, прежде чем сесть в машину. Вернувшись и разгрузив покупки, я выходил из дома и пробегал 16 километров. Потом возвращался, делал звонки, загружал одежду в стиральную машину и снова выходил на пробежку длительностью около часа. Я заставлял себя бегать в любое время суток, особенно когда был не в настроении это делать.
Мне хотелось своим забегом по Сахаре собрать деньги на благотворительные проекты. Так был учрежден фонд «H2
O Африка».Мы с Рэем и Кевином очень много говорили о еде: чем, когда и как питаться. Я уже несколько лет был вегетарианцем и сомневался, что найду все необходимые мне продукты в пустыне. Как большинство бегунов, мы обычно ели за некоторое время до забега, но в пустыне у нас не будет такой возможности. Специалисты по питанию из «Gatorade» советовали нам принимать по десять тысяч килокалорий в день, причем большую часть – во время бега. Чтобы натренировать тело переваривать пищу на ходу, перед каждым забегом я набивал живот под завязку. Бежать на полный желудок было ужасно, но я знал, что привыкну.
Мы планировали начать экспедицию в марте 2006 года. Стоит немного запоздать, и начнется летняя жара. Я не сомневался, что мы с Рэем и Кевином справимся, но беспокоился о группе поддержки и съемочной команде. Потом пришли плохие новости о том, что финансирование фильма сокращается. Нам пришлось перенести старт на сентябрь, а потом и на ноябрь, так как продюсеры искали дополнительных инвесторов. Оказалось, что финансировать фильм – очень сложное дело, даже если продюсер Мэтт Деймон.
Моя собственная финансовая ситуация ухудшалась с каждым месяцем. Я потратил деньги на ознакомительную поездку, были и другие связанные с экспедицией транспортные расходы, и хотя продюсерская компания пообещала мне возместить их, баланс моих кредитных карт стремительно таял. Мне также приходилось выплачивать ипотеку и алименты Пэм на содержание детей. Кроме того, инвестиции в бизнес по ремонту домов, вопреки моим ожиданиям, не принесли много доходов.
Я съездил в Кейп-Чарльз повидаться с матерью, а заодно и поговорить с моим брокером, чтобы он выставил один из объектов недвижимости на рынок. Вернувшись со встречи с брокером, я увидел, что мама сидит за столом на кухне и смотрит куда-то вдаль. Перед ней лежали листок бумаги и ручка.
– Я забыла, как писать
– В каком смысле?
– Я писала письмо и неправильно написала слово
– Ты, наверное, просто устала. Не бери в голову.
Но я чувствовал, что она взволнована. Нас обоих это сильно беспокоило.
Вскоре после моего визита мама поехала в Университет Эмори на осмотр. Врач сказал, что у нее ранняя стадия болезни Альцгеймера. Ей было всего шестьдесят три года. Я предложил отменить экспедицию, чтобы больше времени проводить с ней, но она настояла на том, чтобы я поехал.
Оказалось, что финансировать фильм – очень сложное дело, даже если продюсер Мэтт Деймон.
– Со мной все будет в порядке. Езжай и не волнуйся обо мне. У тебя большие планы и обязательства перед другими людьми.
Она была права. Я подписал контракт с «Лайв Плэнет». Мы привлекли инвесторов и спонсоров. Рэй и Кевин рассчитывали на меня. Я слишком плотно увяз во всем этом. Да и мама бы расстроилась, если бы узнала, что я отменяю поездку. Она учила меня осуществлять свои мечты, а я следовал ее советам, хотя у меня и сжималось сердце от желания остаться рядом с ней.