Русь: от язычества к православной государственности

Каков выход? Оба мира должны не просто найти точки соприкосновения, а начать процесс глубокого понимания друг друга и христианства в целом, чтобы решать острые проблемы вместе, ибо времени на то, чтобы их откладывать, не осталось. Для этого необходимо общечеловеческое единство. Не случайно апостол Павел в Первом послании Коринфянам писал о единстве мысли и духа: «Умоляю вас, братия именем Господа нашего Иисуса Христа, чтобы все вы говорили одно, и не было между вами разделений, но, чтобы вы соединены были в одном духе и в одних мыслях»[430]. Подобное единство духа и мысли – самое необходимое условие решения глобальных вызовов современности.

Нельзя забывать великого учения Христа, в частности, его послания к людям: «Любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас»[431]. Иисус Христос осуществил такой переворот в мировосприятии людей, которому не было равных в истории человечества. Он провозгласил любовь, как самый великий закон всего сущего. Именно в любви как в основном законе для человечества видится решение основополагающих проблем в отношениях Запада и Востока. Однако возможно ли это? Сомнительно. Одно радует – путь указан более 2000 лет назад, и к нему необходимо вернуться, иначе человечество само сожрет себя.

Наш современник митрополит Сурожский Антоний (1914–2003) пишет: «В своей религиозной жизни западный мир страдает, главным образом от того, что из сердца эта жизнь перешла в мозг. Очень многое, что должно было быть живым переживанием, живым опытом, стало рациональным. И первое, что поражает западного человека, когда он встречается с православной церковью, именно в богослужении, это живое чувство верующих православных людей, которые стоят перед живым для них Богом, и молятся Ему, и общаются с Ним с живым чувством трепета, любви, покаяния…» В западных церквах, по наблюдениям митрополита, «это бывает очень редко: западное богослужение стало коротким, национальным, умственно в значительной степени трудным или, в некотором отношении, в некоторых общинах, убогим, а наше богослужение им кажется само по себе целым переживанием»[432].

Эти выводы митрополита – плоды глубоких размышлений, а главное, живых наблюдений за особенностями православного и западного отношения к вере, церкви, восприятия богослужения и др. Митрополит Антоний глубоко знал то, о чем говорил и писал. Он – один из наиболее авторитетных православных богословов мира, глава епархии Русской церкви в Великобритании, а затем экзарх патриарха Московского в Западной Европе. За годы его служения в Великобритании (1948–2003) из единственного русскоязычного прихода выросла живая многонациональная епархия с тридцатью общинами по всей стране.

Митрополит Антоний видел разницу между православным и западным духовенством. «На Западе духовенство уже столетиями представляет собой умственную элиту, это люди, которые обладают теоретическим, философско-богословским опытом и знанием, редко встречающимися среди верующих. У нас подход к священнику совершенно другой: мы не ожидаем от него, что он в общине самый образованный, самый ученый человек. Мы ожидаем от него, что это человек живой веры, с непосредственным, живым опытом Бога, с состраданием к людям, с пониманием житейских проблем, он – человек среди нас, только особого рода человек»[433].

Далее митрополит продолжает: «…и в России и на Западе, и во всем мире нам поручено делиться небесным сокровищем с людьми, которые, может быть, забыли небо, но которые без него не могут жить, задыхаются на земле, с людьми, которым надо встретить Бога, потому что иначе человеческое общество слишком бедно, слишком тускло, слишком бессмысленно и бесцельно. Вот почему я с таким убеждением говорил, что мы не только должны, но мы можем дать Западу то, что Запад в значительной мере, во всяком случае, судя по моему опыту и по моему убеждению, утратил за столетия»[434]. Лучше не скажешь. Многовековые претензии Запада на духовное лидерство оказались несостоявшимися притязаниями.

В начале XI в. Русь, совсем недавно принявшая христианство, вновь оказалась перед выбором – по какому духовному пути идти – католическому или православному? Выбран был православный путь, и на нем Русь добилась выдающихся успехов. Она стала твердыней и столпом православия, преодолела все выпавшие на ее долю невзгоды и испытания. Более того, взяла на себя великую миссию сбережения фундаментальных основ христианства и следовала им в созидании собственной цивилизации, которая по мере движения Руси по дорогам истории превращалась в главную хранительницу собственно сущностных европейских ценностей, что со всей очевидностью демонстрирует современная Россия.

Часть IVНа пути к православной государственности

Глава четырнадцатаяФормула исторического бытия