Читаем Русь: от язычества к православной государственности полностью

Таким образом, спор между «заволжскими старцами» и Иосифом Волоцким выходил далеко за рамки проблемы монастырского землевладения. Его суть лежала не на поверхности стяжания или нестяжания, а в глубине осмысления самих основ духовно-нравственного совершенствования человека, православной жизни, роли церкви в обществе и государстве.

Московский собор 1503 г. обсуждал обе богословские доктрины. Несмотря на то, что Иван III был негласным сторонником нестяжателей, так как ему были необходимы монастырские земли для развития поместной системы, победу одержал Иосиф Волоцкий. Иван III опасался нарушить «симфонию властей» – мощную созидательную силу строительства русского единого централизованного государства. Великий князь всея Руси молча отступил перед собором и, разумеется, перед Иосифом Волоцким, который внес самый весомый вклад в укрепление великокняжеской власти, обосновав ее божественное происхождение.

Идеи Иосифа Волоцкого по достоинству оценили практически все верховные правители России, начиная с Василия III, Ивана Грозного и заканчивая Николаем II. Однако именно со времен Иосифа Волоцкого, задолго до царя Алексея Михайловича и Петра I, начали оформляться предпосылки подчинения церкви государству. Эти процессы обуславливались не злой или доброй волей отдельных политических и религиозных деятелей, а особенностями той национально-государственной и духовной среды, в которой жила православная церковь с ее стремлением служить решению исторических национальных задач.

Победа сторонников Иосифа Волоцкого над учениками Нила Сорского вела к окостенению духовной жизни. Об этом писал Г.П. Федотов: «Христианство с искоренением мистических течений Заволжья превращается все более в религию священной материи: икон, мощей, святой воды, ладана, просвир и куличей. Диететика питания становится в центре религиозной жизни. Это ритуализм, но ритуализм страшно требовательный и морально эффективный»[701].

Г.П. Федотов подчеркивал, что если заволжцы питались «духовными токами Востока», то иосифляне проявляли «яркий национализм». «Победа Иосифа определилась сродностью, созвучием его дела национально-государственному идеалу Москвы с ее суровой дисциплиной, напряжением всех социальных сил и закрепощением их в тягле и службе»[702]

. Победа иосифлян означала торжество «национально-государственных задач над внутренне-религиозными»[703]. Характеристика точная и безупречная.

В историю уходил XV в. – век драм, трагедий и эпохальных побед: обретения Русской православной церковью автокефалии, свержения татаро-монгольского ига, завершения процесса формирования единого централизованного русского государства на принципах всеобщего служения, становления русского самодержавия как богоустановленной власти. С теорией «Москва – Третий Рим» обозначились контуры русской мессианской идеи – идеи, без которой не рождаются империи.

Заключение

Православие и характер народа

Русская святость, о ярких представителях которой в Древней и средневековой Руси написано выше, созидательная роль православной церкви в обществе и суверенном развитии Руси не могли не сказаться и сказались на формировании национального характера русского народа. О нем в той или иной мере мы писали в предыдущих главах, теперь сделаем обобщающие выводы.

Характер человека сугубо индивидуален. Сколько людей, столько и характеров. Причем, как правило, они противоречивы. В человеке уживаются добро и зло, жадность и нестяжательство, милосердие и жестокость, правдолюбие и лукавство и т. д. Характер любого индивида не укладывается в однозначные оценки, ибо в разных обстоятельствах он проявляется по-разному и нередко с неожиданной стороны. Отсюда возникает вопрос о возможности выявления сути характера целого народа, вмещающего в себя миллионы людей с разными судьбами, поведением, целеполаганием, отношением к межличностным коммуникациям, мировосприятием и мировоззрением.

Есть ли характер нации как целостное и уникальное явление в мировой истории? Многие отечественные и не только отечественные мыслители отвечают на этот вопрос утвердительно – есть. Он формируется и проявляется в историческом бытии каждого народа и самым существенным образом на него влияет, окрашивает в такие тона, которые присущи только данному народу. Более того, характер нации самым существенным образом определяет суть и тип цивилизации, которую он строит. Это убедительно доказал Н.Я. Данилевский, разработавший теорию культурно-исторических цивилизационных типов, которую развили английский философ А. Тойнби и немецкий мыслитель О. Шпенглер.

Перейти на страницу:

Все книги серии Русская история (Вече)

Ложь и правда русской истории. От варягов до империи
Ложь и правда русской истории. От варягов до империи

«Призвание варягов» – миф для утверждения власти Рюриковичей. Александр Невский – названый сын хана Батыя. Как «татаро-монголы» освобождали Гроб Господень. Петр I – основатель азиатчины в России. Потемкин – строитель империи.Осознанно или неосознанно многие из нас выбирают для себя только ту часть правды, которая им приятна. Полная правда раздражает. Исторические расследования Сергея Баймухаметова с конца 90-х годов печатаются в периодике, вызывают острые споры. Автор рассматривает ключевые моменты русской истории от Рюрика до Сталина. Точность фактов, логичность и оригинальность выводов сочетаются с увлекательностью повествования – книга читается как исторический детектив.

Сергей Темирбулатович Баймухаметов

История / Учебная и научная литература / Образование и наука
Польша и Россия. За что мы не любим друг друга
Польша и Россия. За что мы не любим друг друга

Жили-были братья-славяне – русы и ляхи. Вместе охотились, играли свадьбы, верили в одних и тех же богов Перуна и Ладо. Бывало, дрались, но чаще князья Рюриковичи звали Пястов на помощь в своих усобицах, а, соответственно, в войнах князей Пястов дружины Рюриковичей были решающим аргументом.Увы, с поляками мы никогда не были союзниками, а только врагами.Что же произошло? Как и почему рассорились братья-славяне? Почему у каждого из народов появилась своя история, ничего не имеющая общего с историей соседа? В чем причина неприятия культуры, менталитета и обычаев друг друга?Об этом рассказано в монографии Александра Широкорада «Польша и Россия. За что мы не любим друг друга».Книга издана в авторской редакции.

Александр Борисович Широкорад

История / Учебная и научная литература / Образование и наука

Похожие книги

100 великих литературных героев
100 великих литературных героев

Славный Гильгамеш и волшебница Медея, благородный Айвенго и двуликий Дориан Грей, легкомысленная Манон Леско и честолюбивый Жюльен Сорель, герой-защитник Тарас Бульба и «неопределенный» Чичиков, мудрый Сантьяго и славный солдат Василий Теркин… Литературные герои являются в наш мир, чтобы навечно поселиться в нем, творить и активно влиять на наши умы. Автор книги В.Н. Ерёмин рассуждает об основных идеях, которые принес в наш мир тот или иной литературный герой, как развивался его образ в общественном сознании и что он представляет собой в наши дни. Автор имеет свой, оригинальный взгляд на обсуждаемую тему, часто противоположный мнению, принятому в традиционном литературоведении.

Виктор Николаевич Еремин

История / Литературоведение / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
Ленин
Ленин

«След богочеловека на земле подобен рваной ране», – сказал поэт. Обожествленный советской пропагандой, В.И. Ленин оставил после себя кровавый, незаживающий рубец, который болит даже век спустя. Кем он был – величайшим гением России или ее проклятием? Вдохновенным творцом – или беспощадным разрушителем, который вместо котлована под храм светлого будущего вырыл могильный ров для русского народа? Великим гуманистом – или карателем и палачом? Гением власти – или гением террора?..Первым получив доступ в секретные архивы ЦК КПСС и НКВД-КГБ, пройдя мучительный путь от «верного ленинца» до убежденного антикоммуниста и от поклонения Вождю до полного отрицания тоталитаризма, Д.А. Волкогонов создал книгу, ставшую откровением, не просто потрясшую, а буквально перевернувшую общественное сознание. По сей день это лучшая биография Ленина, доступная отечественному читателю. Это поразительный портрет человека, искренне желавшего добра, но оставившего в нашей истории след, «подобный рваной ране», которая не зажила до сих пор.

Дмитрий Антонович Волкогонов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное