Русская Америка, ставшая американской Аляской

По мере развития колонии она столкнулась с проблемой снабжения. Оружие, боеприпасы, инструменты, даже железо, пеньку и канаты для верфи доставляли морем из Охотска, а то и из Санкт-Петербурга. Стоимость доставки была высока, а время в пути исчислялось долгими месяцами. Хуже всего, однако, было с продовольствием. Его требовалось все больше, и взять его было неоткуда. Именно в таких условиях Баранов установил деловые связи с американскими судовладельцами, предоставляя им квоты на добычу пушнины в обмен на поставку нужных компании товаров. При этом Баранов настаивал на том, чтобы американцы общались с туземными охотниками исключительно через русских служащих компании, и воздерживались от продажи туземцам спиртного. Также Баранов сумел наладить доверительные отношения с Гавайями, туземный король которых воспринимал его как равного себе властителя.

И наконец, в 1812 году после четырех лет изучения Калифорнии, Баранов принял решение о создании там русского поселения, задачей которого было бы производство продовольствия для нужд Русской Америки. Неподалеку от крошечного испанского поселения Сан-Франциско возник стандартный сибирский острог, на американский манер известный сегодня как Форт Росс.

В том году Баранову исполнилось 66 лет, по тем временам возраст более чем солидный. Его жена-алеутка умерла, он был болен, порядком испорчен безграничной властью, устал от ответственности, а еще больше от интриг флотских офицеров. Последние, выдвинувшись на ведущие роли в Главном правлении Российско-Американской компании в столице, стремились к полному контролю над самой колонией. Простолюдина Баранова они терпеть не могли и открыто подозревали в казнокрадстве. Многим в Главном правлении компании казалось естественным, что, единолично управляя прибыльным пушным промыслом, Баранов просто не мог не обогатиться сам.

Осенью 1817 года давний недоброжелатель Баранова, капитан-лейтенант Леонтий Гагемейстер прибыл в Новоархангельск с секретным предписанием Главного правления сместить Баранова с его поста, проведя сначала полную ревизию финансовой отчетности колонии. Ревизия длилась почти год и установила невероятное: финансовая отчетность за 18 лет оказалась в безупречном порядке. Больше того, выяснилось, что Баранов не только не взял себе ни копейки, но даже истратил на нужды колонии около 2 миллионов рублей из своего кармана. Между тем, Главное правление, считая Баранова миллионщиком, не назначило ему даже пенсии. Жить в России Баранову было не на что. Его просьба о разрешении поселиться на Гавайях была отклонена. В октябре 1818 года на корабле под командованием того же Гагемейстера Баранов навсегда покинул Русскую Америку нищим одиноким стариком. До прибытия в Россию он не дожил, умерев в пути. По морскому обычаю его тело предали водам Индийского океана.

АРХИЕПИСКОП ИННОКЕНТИЙ (ВЕНИАМИНОВ)

В начале 20-х годов XIX века численность неаборигенного населения Русской Америки не достигала тысячи человек. Практически все они были служащими Российско-Американской компании на срочных контрактах. Русскими они могли считаться лишь относительно: многие были родом с имперских окраин - из Финляндии и Прибалтики, где отсутствовало крепостное право, кто-то из США и других стран. Отработав по контракту, срок которого не мог превышать 14 лет, они уезжали. По не совсем понятным причинам селиться в колонии им не разрешали.

Крепостное право, действовавшее в большинстве российских губерний, резко ограничивало мобильность работоспособного населения империи. Между тем развитие колонии объективно требовало увеличения ее постоянного населения. Выход был в том, чтобы превратить в русских туземное население, для чего их следовало обратить в православие. И сделать это не силой, а убеждением.

Вот в таких условиях оказался востребован уникальный миссионерский талант священника Иоанна Вениаминова. Уроженец Иркутской губернии он научился читать и писать в шесть лет, а в девять поступил в Иркутскую семинарию. Других возможностей получить образование у сына ключкаря захолустной сельской церкви не было. С первых дней учебы мальчик обнаружил необычайные способности: запоем читал книги по философии, истории, антропологии, зоологии, математике и механике, легко овладел латынью, обладал феноменальной памятью и золотыми руками. В 14 лет он изобрел и смастерил деревянные часы, приводившиеся в движение струей падающей воды. Резал по дереву, изготавливал элегантную мебель. В 1821 году Вениаминов был рукоположен в пресвитеры, а через три года вызвался отправиться миссионером в Русскую Америку. В июле 1824 года мужественно красивый молодой человек огромного и атлетического телосложения, миссионер Иоанн Вениаминов ступил на берег острова Уналашка.