Русская армия на чужбине. Галлиполийская эпопея. Том 12

В Марковский полк были влиты остатки гренадер и миллеровцев, всего около 100 человек. Месяцы собирались марковцы, плывшие из Крыма на десятке пароходов, попавшие в лагеря донцов и кубанцев и выписывающиеся из госпиталей. В итоге сила их, уступая другим полкам, составилась так: полк – три батальона, учебная, пулеметная и ординарческая команды – 1100 человек, артиллерийский дивизион – 500, конный дивизион – 160, инженерная рота – 120 и отдельно стоявшая между городом и лагерем, занимавшаяся прокладкой конной узкоколейки, железнодорожная рота – 150 человек.

Все были вооружены винтовками; имелось 15 пулеметов и немало патронов.

Полк принял, наконец, генерал Пешня⁷⁹; его помощник – полковник Докукин⁸⁰. Началась уставная лагерная жизнь и занятия. Устроена церковь, театр, баня. Составился струнный оркестр из самодельных инструментов, драматическая труппа, хор «Братьев Зайцевых». Помимо учебной команды были по полку обер- и штаб-офицерские курсы. С началом тепла и сухой погоды образовались разные спортивные команды. Принимались меры к составлению полкового духового оркестра.

Жизнь кипела не только в Марковском полку, но и в других. В городе, где стоял штаб корпуса, находились пять военных училищ, Технический полк⁸¹, «Галлиполийские» роты, мастерские, отличный корпусной театр, библиотека-читальня, гимнастическая школа; была и гимназия имени генерала Врангеля, в которой учились дети всех возрастов. Регулярно читались лекции по высшим дисциплинам, как в городе, так и в лагере. Устраивались сеансы устной газеты.

Вся жизнь и города, и лагеря была построена на здоровых национальных началах и совершенно не напоминала жизнь концентрационных лагерей, как об этом писали некоторые газеты левого направления.

Естественно, что неудача в борьбе с красными, оторванность от Родины, неопределенность будущего, жизнь на диком полуострове, полуголодная и нищая, давили морально. К этому прибавился еще нажим французов с целью роспуска армии. И в армии возникали кризисы, но их разрешали тем, что предоставляли желающим полную свободу уйти на все четыре стороны. Ушли тысячи, но десятки тысяч остались. Марковцы уменьшились несколько в числе.

Марковцы-артиллеристы в Галлиполи82

Утром 1 ноября 1920 года все батареи, кроме батареи генерала Маркова, погрузились в Килен-бухте Севастополя на пароход «Херсон», вышедший к полудню на рейд. После объезда транспортов генералом Врангелем они стали выходить на внешний рейд, откуда в сумерках взяли курс на Константинополь.

«Херсон» имел на борту более 9000 человек, при малом количестве воды и при полном отсутствии провианта. В батареях, пришедших из боя и без обозов, с первого же дня начался голод. Тяжелораненые и больные умирали.

4-го «Херсон» стал на якорь в Константинополе: 126 судов всех видов, со 150 000 человек и разным казенным имуществом на общую сумму ПО миллионов франков, из коих на 15 миллионов было роздано армии, а все остальное взято французами.

До 7-го простояли на рейде, затем двинулись в Галлиполи, для размещения в лагерях. С 8-го по 13-е простояли на рейде города, а по выгрузке заняли несколько разбитых домов и сараев.

Наличный состав бригады состоял из: генералов – 1, штаб-офицеров – 14, обер-офицеров – 11, чиновников 9 и солдат – 238. Только 22-го прибыла генерала Маркова батарея – 16 офицеров и 55 солдат и несколько чинов 7-й батареи, погрузившихся в Керчи и Феодосии, после тяжелых условий пути. Бригада сводилась в Отдельный Марковский артиллерийский дивизион из 3 батарей: генерала Маркова – полковника Лепилина⁸³, второй – полковника Михайлова⁸⁴ и третьей – полковника Айвазова⁸⁵, из 7-й и 8-й батарей. Позднее в дивизион на пополнение был включен состав бывшей 2-й позиционной бригады и дивизион вошел в состав 1-й артиллерийской бригады, генерал-майора Фока⁸⁶. Наконец, постепенно вернулось много раненых, больных и прибывших на разных пароходах наших чинов.

Отведенный лагерь находился в 6 верстах от города, в долине речушки Кучук-Доре, или Голое Поле. Часть вооружения – негодного – была оставлена на пароходе, лучшее взято с собой в лагеря. Вскоре вдоль речки вырос палаточный город, со временем разукрашенный по всем правилам и заживший своей русской военной жизнью. Железной волей командира корпуса генерала Кутепова введена дисциплина, начались занятия, лекции, театр, спортивные состязания и сопротивление союзникам, стремившимся к нашему распылению.

Все попытки это сделать потерпели неудачу, ушла незначительная часть, случайных и слабовольных, оставшиеся сплотились вокруг родных частей и своих начальников, надеясь на дальнейшую борьбу.

Позднее 2-ю батарею принял полковник Яковлев, а третью – полковник Левашов⁸⁷, батареи же пополнились рядом блестящих господ офицеров из разных частей и выпуском 14 молодых подпоручиков из Сергиевского артиллерийского училища.