Русская эмиграция и фашизм: Статьи и воспоминания

Начальник охранной группы генерал-лейтенант Борис Александрович Штейфон имел хорошие личные отношения с Владыкой Анастасией и придавал большое значение церковной деятельности. Он активно участвовал в материальной помощи религиозному возрождению в России. В начале 1942 г. иеромонах Никон передал от генерала председателю Архиерейского Синода 3 тыс. динаров на изготовление святых антиминсов[300] для отправки в западные районы СССР. 19 марта митрополит Анастасий, выразив Штейфону глубокую благодарность за заботу о церковных нуждах, сообщил, что на 2 тыс. динаров Сербский Синод уже отштамповал 80 антиминсов, и призвал на «всех чинов Группы Божие благословение». В июне 1942 г. в № 23 «Ведомостей охранной группы» был напечатан призыв «Комитета помощи Церквам России» о сборе пожертвований для покупки церковной утвари, богослужебных книг и т. п. для отправки в российские храмы.[301]’

В свою очередь митрополит Анастасий участвовал в праздниках, военных парадах группы, а затем корпуса, служил для его военнослужащих молебны, произносил проповеди. 30 августа (12 сентября) 1942 г., в день праздника св. кн. Александра Невского, Владыка прибыл на престольный праздник походной церкви в казармах на Дедине и в сослужении ее настоятеля иеромонаха Никона и прибывшего духовенства отслужил торжественный молебен, после которого состоялся парад. На следующий день – 13 сентября – годовщина начала формирования Русской охранной группы была отмечена торжественным молебном, отслуженным митрополитом Анастасием во дворе белградской Свято-Троицкой церкви в присутствии Б.А. Штейфона с его штабом, многочисленных офицеров и сотни 4-го отряда с оркестром. После молебна Владыка произнес слово, в котором «отмечал жертвенное чувство, привлекшее русских воинов в ряды Охранной Группы для вооруженной борьбы с коммунизмом». Генерал Штейфон поблагодарил митрополита Анастасия за его слово и «за всегдашнее внимание к духовным нуждам группы». Торжество закончилось парадом. 18 октября свой отрядный праздник отмечал 4-й отряд охранной группы. В этот день с благословения митрополита богослужение совершили иеромонах Никон (Рклицкий) и протоиерей Борис Молчанов.[302]

К середине 1942 г. партизанская война в Югославии усилилась. В этих условиях 9 июля Генеральный штаб ОКХ (Верховного командования германской армии) вынужденно дал согласие на преобразование русской заводской охраны в регулярную боевую часть под названием «Русский легион» (что в действительности не было сделано), а 30 ноября 1942 г. – на создание на базе охранной группы Русского охранного корпуса со значительным увеличением численного состава, включением в состав Вермахта и заменой русской формы на немецкую (но с сохранением чисто русского командного состава). При этом несколько солдат и офицеров, пожелавших уйти из корпуса, предали военному суду.

И после преобразования группы в Корпус настороженное, а зачастую и негативное отношение к нему со стороны нацистского руководства сохранилось и даже усилилось в связи с вынужденным допущением в названии слова «русский». В упомянутом сборнике свидетельств ветеранов Корпуса говорилось:

«С первых же дней формирования стала ясной вся сложность и трудность обстановки, и началась глухая борьба с немецкой партийной идеологией и отдельными германскими начальниками из партийцев, которые стремились подчинить себе Русский Корпус и использовать его в своих целях <…> В дальнейшем эта борьба продолжалась в течение всего существования Корпуса, временами обостряясь до степени, когда возникала прямая угроза его существованию».[303]

Эти высказывания подтверждаются архивными документами. Еще летом 1942 г. в противовес охранной группе стала создаваться группа вспомогательной полиции из русских эмигрантов немецкого происхождения под командованием гауптштурмфюрера СС (полковника) М.А. Семенова (женатого на немке). По указанию рейхсфюрера СС Г. Гиммлера этим занимался начальник его личного штаба обергруппенфюрер и генерал войск СС К. Вольф. В октябре 1942 г. в группу вспомогательной полиции входило около 400 человек, при этом источники ее пополнения в Сербии были практически исчерпаны, и к процессу вербовки привлекли Рейхсминистерство иностранных дел. 16 октября оно информировало Вольфа, что в Хорватии удалось завербовать 70 человек, в Греции – 37, в Болгарии – 20. Подобные акции состоятся в Румынии и Венгрии.

В своем письме младшему государственному секретарю Лютеру от 20 ноября 1942 г. К. Вольф подробно обосновал необходимость создания батальонов вспомогательной полиции в Сербии из русских эмигрантов немецкого происхождения и пронемецки политически ориентированных под германским командованием именно как противовес Русской охранной группе. При этом генерал передал слова Гиммлера: