Русская идея от Николая I до Путина. Книга IV. 2000-2016

Так или иначе, даже четверть НДПИ равнялась бы половине всех безвозмездных перечислений, которые Центр «даровал» в 2014 году субъектам региона Сибирь. Вторую половину вместе с бюджетным дефицитом этих субъектов покрыла бы региональная часть разделенного НДС. При этом нет никакой нужды тратить на Сибирь больше денег, чем сейчас. Меняется только источник наполнения региональных бюджетов: вместо непрозрачных субсидий и трансфертов Сибирь получает средства напрямую от разделенных НДПИ и НДС. Смысл этого разделения налогов не только в том, что оно заставило бы региональные власти искать любую возможность самостоятельно зарабатывать деньги, но и в том, что оно стало бы стимулом для привлечения новых инвестиций и, следовательно, для радикального улучшения инвестиционного климата. Короче, развязало бы местную предприимчивость и инициативу, которыми всегда славна была Сибирь. «Если не в Сибири, — спрашивают авторы, — то где должна зародиться частная инициатива и новый тип предпринимательства?»

А закрыть «дыру» в федеральном бюджете мог бы отказ от возврата НДС на экспортируемые товары, что «существенно уменьшило бы коррупционные схемы, наиболее часто возникающие именно при администрировании возврата этого налога». (Замечу в скобках, что, как понимает читатель, я практически буквально следую здесь предложенному авторами «бюджетному маневру», но не разделяю их оптимизма, возвращаясь тем самым к нашему «первому спору».) Боюсь, что момент, когда даже Ленин подвергся уничтожающей критике за то, что настоял в свое время на самоуправлении регионов-республик, не очень подходит для требования отменить имперскую «федерацию», к чему, по сути, и сводится перераспределение налогов. Зато для России ПОСЛЕ Путина предложенный авторами маневр — не только замечательная находка, но, возможно, и решение ключевого вопроса о судьбе федеративной системы (вопроса, которым на свою беду до сих пор пренебрегает оппозиция).

Перестройка внутренней структуры России

Авторы, конечно, понимают, что она не может ограничиться лишь перераспределением налогов. Многое еще для этого нужно, начиная с отмены федеральных округов и восстановления выборов губернаторов. Институт «генерал-губернаторов», напрямую подчиняющихся Москве, имел бы смысл в хронически дотационных регионах, доставляющих ей серьезное беспокойство, допустим, на Северном Кавказе, неспособном пока опереться на собственные ресурсы. Казалось бы, именно голос всероссийского донора, не доставляющего Центру никакого беспокойства, должен быть слышен на федеральном уровне. Но его не слышно. Слышен-таков третий парадокс! — лишь голос главы самого дотационного из дотационных региона, имеющего меньше всех права представлять Россию, Рамзана Кадырова.

Неудивительно, что за этим следует предложение реформировать и Совет Федерации, превратив его в полноценную верхнюю палату парламента. Так, чтобы его члены избирались на прямых выборах в регионе (с цензом не менее 10 лет непрерывного там проживания). В этом случае у людей была бы уверенность, что Сибирь представляют именно сибиряки, знающие проблемы своей земли и защищающие ее интересы. То же самое можно сказать, конечно, и о любом другом регионе страны. Но

для регионального движения за «обновленную федерацию» нужен лидер, локомотив, если хотите. И кто больше подходит для этой роли, если не самый мощный из них-мегарегион Сибирь, не разделенный искусственно на Дальневосточный, Сибирский и Уральский федеральные округа?

Деталей «сибирской идеи», предложенных авторами, — масса, в книге 200 страниц, в две коротенькие главы все не уместишь. Но в целом у авторов нет сомнений, что во внутренней политике именно Сибирь, а не Рамзан Кадыров, неспособный предложить стране ничего, кроме раскола на «наших» и «не наших», может и должна сыграть роль инициатора новой, современной России. Тем более что «не на Кавказе решается ее судьба, а в Сибири».

Для «оттепельного» правительства РФ ПОСЛЕ Путина это имеет первостепенное значение. Просто потому, что с самого начала оно будет иметь на своей стороне сильное региональное и в первую очередь сибирское лобби. Не менее, а, может, и более важен, однако, внешнеполитический аспект «сибирской революции».

«Поворот на Восток!»