Читаем Русские народные сказки полностью

Пошел дальше. Глядь — вот он и барский двор, высокий дом. Мальчик с пальчик залез на ворота и кричит: «Барин, барин, отдай золотую шапочку, а то сделаю напасть, чтоб твоей барыне пропасть!» Барин приказывает своим слугам: «Бросьте его к гусям, пусть защипают». Бросили его, а он лису выпустил из сумки. Лиса выскочила, всех гусей передушила и в лес умчалась.

Выходит мальчик с пальчик со двора, залез на ворота и кричит: «Барин, барин, отдай золотую шапочку, а то я сделаю напасть, чтоб вам обоим пропасть!» Барин приказывает слугам: «Взять мальчишку, бросить к лошадям!» Бросили его. А он выпустил из сумки волка, тот всем лошадям горло перегрыз, сам в лес убежал.

Мальчик с пальчик вышел со двора, залез опять на ворота и кричит: «Барин, барин, отдай золотую шапочку, а то сделаю напасть, чтоб вам с барыней пропасть!» Барин приказывает: «Бросьте его на скотный двор!» Бросили его к быкам, а он выпустил из сумки медведя, медведь всех быков лапой побил, сам в лес убежал.

Опять мальчик с пальчик вышел со двора, залез на ворота и кричит: «Барин, барин, отдай золотую шапочку, а то я сделаю напасть, чтоб вам с барыней пропасть!» Барин приказывает: «Бросьте его в колодец!» Бросили мальчика в колодец, а он говорит: «Сумка, сумка, бери воду, сумка, сумка, бери воду!» Сумка всю воду и выпила.

Выбрался мальчик с пальчик из колодца, залез на ворота и кричит: «Барин, барин, отдай золотую шапочку, а то сделаю напасть, чтоб всем барам пропасть!» — «Бросьте его в печку, он сгорит в огне!» Бух его в печку, а он успел сказать: «Сумка, сумка, вылей воду на кирпичную колоду, сумка, сумка, вылей воду на кирпичную колоду!» Вода вылилась, огонь сразу погас. Выскочил мальчик из печки, залез на ворота и кричит: «Барин, барин, отдай золотую шапочку, а то сделаю напасть, чтоб всем дворянам, и господам, и барам пропасть!» — «Посадить его в шкатулку, засыпать деньгами, чтоб он там задохнулся, негодяй такой!» Посадили его в шкатулку, а он говорит: «Сумка, сумка, бери деньги! Сумка, сумка, бери деньги!»

Сумка все и подобрала. Мальчик выскочил из шкатулки и пошел домой. Приносит родителям сумку с золотом и говорит: «Ну, дедушка, бабушка, сделайте ток, расстелите веретье[78], молотить сумку будем!»

Сделали ток. Дед разик как даст цепом — деньги, как горох, во все стороны зазвенели! А барин в это время дома приказывает: «Выкинуть мальчишку из шкатулки, а то он дух выпустит!» Открыли шкатулку, а там ни мальчишки, ни денег. Погнался барин следом. Подскакал к току, а деньги дзынь-дзынь. Барин кинулся за ними, а старик то ли случайно, то ли с намерением как тяпнул барина цепом по голове — сразу и убил.

Так со старухой век и дожили. А мальчик с пальчик, наверное, и сейчас живет.

Теперь без барина лучше живется. Теперь никто с мальчиками не дерется!


53. Кирик


Жил бедный человек — старик. У него умерла жена. Вот он пошел к попу: «Батюшка, надо жену мою похоронить». — «Давай деньги». Ушел Кирик — денег нет! «Дай же, — думает, — выкопаю ей могилку, похороню украдкой». Стал рыть могилу, вырыл все до дна — стоит котелок с золотом. Схватил Кирик деньги, рад до смерти: «Теперь есть на что жену похоронить!»

Приходит к батюшке: «Батюшка, давай старуху похороним». — «А деньги есть?» — «Есть, батюшка, есть!» — «Собирайся с похоронами!» Кирик купил доски на гроб, купил свечей, пригласил попа и похоронил жену.

«Вот, — удивляется попадья, — где же Кирик деньги взял? Батюшка, он ходит к обедне, скажи-ка ему исповедаться».

Поп и приказал Кирику исповедаться. Ну, отчасти и Кирик рад. Выходит поп с крестом исповедать Кирика: «Кирик, где ты деньги взял?» — «Батюшка, я стал копать могилу и вырыл котелок с золотом». Приходит поп к матушке, рассказывает: «Он рыл могилу и вырыл котелок с золотом». — «Ты знаешь, у нас-то с быка есть кожа со всем: и с рогами, и с хвостом. Вот вечер подойдет, а ты надень-ка кожу эту на себя да иди к нему, напугай!»

Настал вечер, надел поп кожу да пошел к Кирику. Подходит под окошко: «Кирик, Кирик, отдай мои деньги!» Кирик испугался, залез на печку и попу не показывается. В двенадцать часов петухи пропели, поп ушел.

На другой день вечером одевается поп так же, подходит к Кирику — к окошку и опять: «Кирик, Кирик, отдай мои деньги!» Кирику нет терпенья, испугался, сам не свой — видит: перед окошком черт с рогами! Стоит Кирик, богу молится. В двенадцать часов пропели петухи — поп опять ушел.

На третий день вечером поп опять одевается так же, идет. А Кирик так испугался, нет уже ему терпенья! Увидел черта с рогами и бросил ему котелок с золотом.

Приходит поп домой, попадья его встречает на дворе. Подхватила котелок и тащит в избу. Поставили его на стол, а руки не отлипают. Они и так и сяк — руки не отлипают никак!

Послали работника за Кириком: «Кирик, прости!» Кирик взял котелок и простил их. Но кожа с попа не слезает: присохла.

Перейти на страницу:

Все книги серии Школьная библиотека (Детская литература)

Возмездие
Возмездие

Музыка Блока, родившаяся на рубеже двух эпох, вобрала в себя и приятие страшного мира с его мученьями и гибелью, и зачарованность странным миром, «закутанным в цветной туман». С нею явились неизбывная отзывчивость и небывалая ответственность поэта, восприимчивость к мировой боли, предвосхищение катастрофы, предчувствие неизбежного возмездия. Александр Блок — откровение для многих читательских поколений.«Самое удобное измерять наш символизм градусами поэзии Блока. Это живая ртуть, у него и тепло и холодно, а там всегда жарко. Блок развивался нормально — из мальчика, начитавшегося Соловьева и Фета, он стал русским романтиком, умудренным германскими и английскими братьями, и, наконец, русским поэтом, который осуществил заветную мечту Пушкина — в просвещении стать с веком наравне.Блоком мы измеряли прошлое, как землемер разграфляет тонкой сеткой на участки необозримые поля. Через Блока мы видели и Пушкина, и Гете, и Боратынского, и Новалиса, но в новом порядке, ибо все они предстали нам как притоки несущейся вдаль русской поэзии, единой и не оскудевающей в вечном движении.»Осип Мандельштам

Александр Александрович Блок , Александр Блок

Кино / Проза / Русская классическая проза / Прочее / Современная проза

Похожие книги

Висрамиани
Висрамиани

«Висрамиани» имеет свою многовековую историю. Тема волнующей любви Вис и Рамина нашла свое выражение в литературах Востока, особенно в персидской поэзии, а затем стала источником грузинского романа в прозе «Висрамиани», написанного выдающимся поэтом Грузии Саргисом Тмогвели (конец XII века). Язык романа оригинален и классически совершенен.Популярность романтической истории Вис и Рамина все более усиливалась на протяжении веков. Их имена упоминались знаменитыми грузинскими одописцами XII века Шавтели и Чахрухадзе. Вис и Рамин дважды упоминаются в «Картлис цховреба» («Летопись Грузии»); Шота Руставели трижды ссылается на них в своей гениальной поэме.Любовь понимается автором, как всепоглощающая страсть. «Кто не влюблен, — провозглашает он, — тот не человек». Силой художественного слова автор старается воздействовать на читателя, вызвать сочувствие к жертвам всепоглощающей любви. Автор считает безнравственным, противоестественным поступок старого царя Моабада, женившегося на молодой Вис и омрачившего ее жизнь. Страстная любовь Вис к красавцу Рамину является естественным следствием ее глубокой ненависти к старику Моабаду, ее протеста против брака с ним. Такова концепция произведения.Увлечение этим романом в Грузии характерно не только для средневековья. Несмотря на гибель рукописей «Висрамиани» в эпоху монгольского нашествия, все же до нас дошли в целости и сохранности списки XVII и XVIII веков, ведущие свое происхождение от ранних рукописей «Висрамиани». Они хранятся в Институте рукописей Академии наук Грузинской ССР.В результате разыскания и восстановления списков имена Вис и Рамин снова ожили.Настоящий перевод сделан С. Иорданишвили с грузинского академического издания «Висрамиани», выпущенного в 1938 году и явившегося итогом большой работы грузинских ученых по критическому изучению и установлению по рукописям XVII–XVIII веков канонического текста. Этот перевод впервые был издан нашим издательством в 1949 году под редакцией академика Академии наук Грузинской ССР К. Кекелидзе и воспроизводится без изменений. Вместе с тем издательство намечает выпуск академического издания «Висрамиани», снабженного научным комментарием.

Саргис Тмогвели

Древневосточная литература / Мифы. Легенды. Эпос / Древние книги