Интересное такое лицо, характерное. По носу длинному да скулам выдающимся весьма финский склад напоминает. Но это, конечно, не научное свидетельство. Все вопросы о его происхождении сняло бы генетическое исследование. Однако тогда люди ещё не владели аппаратом генной генеалогии, потому данная тема осталась непрояснённой.
Проблему можно было бы решить, исследовав скелет сегодня. Но беда в том, что на независимой Украине его… потеряли. Так оно бывает, в молодых независимостях… от собственной истории. С давних времён оно так ведётся, как вон на примере Ладоги видно.
Но как бы то ни было, получается, что из-за древнего адюльтера часть Рюрикова дома — и довольно «борзая», много за свои или выдуманные свои права воевавшая — да и Чернигов за собою в конце концов закрепившая! — на самом деле вообще никто! Эх, знал бы Мономах, который почти всю жизнь свою воевал с Олегом!
А может, — знал?..
Сначала-то всё шло хорошо —
Дальше важные слова:
Типа, незаконно власть взял. Тогда, простите, Владимир, который Ясно Солнышко, он же Равноапостольный — вообще преступник. Ибо брата своего, законного властителя, вовсе умертвил.
Но ладно —
Вместе ходили, воинское братство крепили.
Сел, понятное дело, не более законно, нежели старший братец. Тем не менее на главном престоле посидел, чем обеспечил и своим сыновьям возможность когда-нибудь стать великими князьями. Если всё удачно сложится, конечно, ибо по лествичному праву сначала покняжить должны сыновья — точнее, сын — старшего, Изяслава. Потом подойдёт очередь сыновей среднего, Святослава. И лишь затем — Всеволода.
Так что у Олега прав на великокняжеское сидение больше, чем у Владимира. Значительно. Шансы Владимира, откровенно говоря, вообще мизерные.
А ведь это весьма, весьма энергичный молодой человек. И Олег ему крепко мешает…
Но пока —
То есть царит ещё мир и благоволение в человецех — племянник остался в том доме, с которым вместе бился против Изяслава.
Но недолго музыка играла —
Как видим, года не прошло, а между бывшими товарищами по оружию пробежала черная кошка. Здоровая. Пантера целая. Ибо —
И затем —
И, видать, у Олега и брата его Бориса не было сомнений в том, кто стоит за смертью Глеба. Они приходят мстить:
Божья кара — так это должно было восприниматься. Так что вот это — вряд ли —