Русский Амаду, или Русско-бразильские литературные связи

      Пауло Коэльо уже дважды приезжал в нашу страну. Его визиты сопровождались такими PR-акциями, что Жоржу Амаду и не снилось. Особой пышностью запомнилась первая встреча в сентябре 2002 года: интервью с писателем опубликовали самые популярные издания, Первый канал показал о нем фильм, сам Коэльо принял участие в нескольких ток-шоу вроде "Принципа домино", в пресс-конференциях и встречах с читателями. А культурный центр "Белые облака" даже подготовил специальный этнотеатральный фестиваль по книгам Коэльо (372). Естественно, такая мощная акция не могла не сказаться на популярности автора. В сентябре 2002 года его книги достигли пика раскупаемости: все пять изданных к этому моменту на русском языке произведений Коэльо попали в десятку бестселлеров, заняв там 1, 2, 4, 5, и 7 места. Как отмечает "Книжное обозрение", произошло небывалое: "потеснив непробиваемого "Гарри Поттера" в списке художественных книг в твердом переплете друг за другом выстроились все пять книг Пауло Коэльо" (374). С тех пор книги Коэльо (в количестве от 2 до 5) всегда присутствуют в хит-параде, а совокупный тираж его книг на русском языке превысил миллион уже к сентябрю 2002 года. Пауло Коэльо стал своего рода гуру для определенной части читающей публики. При такой популярности было бы естественным ожидать появления большого числа хвалебных рецензий на произведения кумира. Каково же было мое удивление, когда оказалось, что их попросту нет. В Интернете на различных форумах можно найти хвалебные отзывы о творчестве писателя, но в периодической печати большинство публикаций - это либо интервью с Коэльо (359, 360, 361, 362), либо информационные статьи (371, 372), где сообщаются факты его биографии, награды, тиражи, перечисляются высокопоставленные ценители его творчества.

      Похоже, поклонники этого самого творчества боятся задать себе вопрос, что такое Пауло Коэльо и в чем причина его популярности. Именно так поступает издатель Коэльо, Пауло Рокко: "Пауло Коэльо - это феномен. Феномен не подлежит объяснению. Его можно только наблюдать" ( 365).

      В отличие от поклонников, противники Коэльо отвечают на эти вопросы со всей прямотой и даже запальчивостью. Первой против армии коэльофилов рискнула выступить О.Славникова в статье "Вероника осталась в живых" (370).

      Хотя эта статья является рецензией на роман "Вероника решает умереть", но выводы критика в полной мере относятся ко всем произведениям Коэльо, переведенным на русский язык. О.Славникова считает, что успех писателя в России вполне закономерен, а его книги можно рекомендовать абсолютно каждому, кто знает русские буквы: "усилий на чтение потратится немного, а польза выйдет большая. И главное - у читателя непременно возникнет ощущение, что Пауло Коэльо - не хуже фирмы "Тефаль" - всегда думает о нем. А не о какой-то там самодостаточной эстетике и красоте, которая непонятным образом спасет мир... Но в конце концов сегодня ни один человек не проживет жизнь без сковородки и холодильника. Так что книги, могущие быть описаны в стилистике коммерческой рекламы, тоже нужны" (370).

      Ольга Славникова нашла слово, определяющее суть романов модного писателя, - эта "легко усваиваемый литературный продукт", место которому на страницах глянцевых журналов типа "Домашний очаг". Именно продукт, а не "хлеб для души". Произведения Коэльо отвечают вкусам среднего потребителя, при этом льстя его самолюбию своей псевдоинтеллектуальностью. Паулу Коэльо сейчас первый на полках наших книжных магазинов, но "первый среди равных": детективов и любовных романов. Статья Ольги Бакушинской из "Комсомольской правды" (366) написана так задиристо, что хотелось привести ее полностью, но не буду этого делать: каждый может найти ее в библиотеке или в Интернете. Поэтому ограничусь цитатами.

      "Это только кажется, что Пауло Коэльо пишет разные книжки. На самом деле он пишет одну, причем это не беллетристика, а учебник. Нерадивым ученикам вдалбливается, что у каждого свой путь, но "не всем достает мужества идти по своему пути, добиваясь встречи со своей заветной мечтой". Эта фраза встречается в любой книжке раз 50, а может, 100. Для двоечников. Пока не выучат".

      Да, дискурсы Коэльо - явно не беллетристика. Роман будит воображение, ведет читателя за собой, заставляет плакать и смеяться вместе с его героями. Ничего этого в книгах Коэльо нет. Но и на учебник они тоже не тянут. Может быть, это прописи?

      На главный вопрос, почему Пауло Коэльо издали в 37 миллионах экземпляров на 56 языках, О.Бакушинская отвечает так: "Начитавшись гуру, так и тянет ляпнуть афоризм. Что-то вроде: сочный бифштекс приятнее на вкус, зато манную кашу легче глотать. Читать серьезную литературу непросто, осмысливать применительно к собственной жизни - еще сложнее. А Коэльо все, что надо, адаптировал для застрявших в младшем школьном возрасте граждан, разжевал и отрыгнул прямо в разинутый клюв, как орлица птенцам. Пища получилась, конечно, не вредная, но зря ее пытаются назвать творением высокой кухни".