Русский Харьков

В кондаке Соловецким Новомученикам и Исповедникам поется: «Христовою любовию распаляеми, мученицы, и Того крест на рамо вземше, понесли есте, божественне претерпевающе лютость мук, в совершеннем смирении…» Это, без сомнения, следует отнести ко всем нашим новомученикам, о коих справедливо сказано: если когда-нибудь удастся прославить всех русских подвижников XX в., то Русская православная церковь станет Церковью Российских Новомучеников. Есть устойчивое впечатление, что уже становится. Хотя прославлены еще не все.

Поразительные слова – «божественне претерпевающе лютость мук» – мы отнесем и к трагической кончине богослова Николая Стеллецкого, зверски казненного большевиками летом 1919 г.

Кончина о. Николая связана с критическим моментом Гражданской войны, когда Добровольческая армия А. Деникина выбила из Харькова советскую власть, а та вывезла в Сумы заложников, арестованных в течение мая – июня 1919 г. На заседании Харьковского Совета тогда прозвучали слова главного губернского чекиста П. Кина: «В случае, если буржуазный гад поднимет голову, то прежде всего падут головы заложников».

И головы заложников падали и падали – под рукой командира отряда особого назначения, помощника начальника уголовного розыска Харьковского губисполкома С. Саенко, «щупленького человечка с подергивающимся лицом маньяка и блестящими белками бегающих глаз». Именно он, малограмотный столяр Саенко, «вписал наиболее жуткие страницы в книгу былей украинского террора».

В харьковской тюрьме одно имя палача Саенко наводило на заключенных мертвенный ужас. Трудно дать хотя бы приблизительную картину его зверств (кое-что описано и тем самым сохранено для потомков). Ограничимся сообщением, что некоторые трупы изувер оставлял в таком виде, что врачи не могли понять, что Саенко с ними делал.

Этот душегуб руководил отрядом, набранным из бандитов, проживавших в Харькове в районе Ивановка (месте, считавшемся рассадником уголовщины). Команда именно что «особого назначения», снискавшая ужасающую славу не только на Украине (их опасался и батька Махно), но и по всей России, уничтожила в сумском эпизоде с заложниками несколько десятков человек, которые еще 2 июля были живы и вынуждены были подписать коллективное письмо на имя Деникина; письмо большевики использовали как инструмент давления.

В сводке от 17 августа 1919 г. о терроре большевиков, которую подготовил Отдел пропаганды особого совещания при главнокомандующем А.И. Деникине, сообщается, что осмотр тел харьковских заложников, найденных при раскопках могил на высоком холме неподалеку от вокзала в Сумах, выявил: большинство погибло от сабельных ударов. В том числе было обнаружено 10 бесформенных трупов, с отделенными от тел головами и отрубленными конечностями. Скорее всего, среди этих жертв был и о. Николай Стеллецкий. В некоторых источниках предполагается, что священник казнен в Орле, куда чекисты намеревались доставить заложников. Однако имеются также сведения, что в Орел из 38 заложников доехали лишь пятеро, причем женщины.

Р. Гуль в книге «Дзержинский» писал потом, что Саенко в результате собственного неистовства «…сошел с ума и товарищи его «шлепнули». Так считали и Солженицын, и Алексей Толстой, и русский историк, журналист и общественный деятель С.П. Мельгунов, высланный из страны в 1922 г. с большой группой научной интеллигенции, автор книги «Красный террор в России: 1918–1923 гг.». Однако проведший архивные изыскания харьковский краевед А. Зинухов в статье «Комендант Саенко» (1994) утверждал, что персональный пенсионер союзного значения Степан Афанасьевич Саенко скончался 17 августа 1973 г. в Харькове, на 87-м году жизни.

В чем же провиденциальный смысл того, что палачи все же, как правило, живут долгую жизнь? Примеров немало. Может, для совестных мучений, которые поэт назвал «змеи сердечной угрызениями»? Тогда будем полагать, что это и есть для палачей земной ад – как преддверие ада вечного.

Начав с трагической ноты, напомнив о страшных событиях столетней давности, мы, отдавая дань сострадательной памяти убиенным, обязаны вспомнить и обо всем жизненном пути замечательного иерея, 25-летие хиротонии, пастырской и педагогической деятельности которого 7 декабря 1914 г. отмечал православный люд в Харькове, и это было событие пожалуй что общецерковное.

В тут пору отец Николай был протоиереем Антониевской университетской церкви (в советское время в этом здании располагался кинотеатр «Юность», а в нэзалэжный период – так называемый Украинский культурный центр). Юбиляру после литургии были вручены образ св. Николая Чудотворца и памятный адрес. В службе и чествовании приняли участие архиепископ Антоний (Храповицкий), член Государственного Совета профессор-историк Д.И. Багалей, изобильная общественность.

К тому моменту о. Николай был уже известным в православном мире богословом, награжденным государем в 1908 г. орденом Святой Анны III степени, а в 1912-м – II степени.