Русский Харьков

Тут только руками разведешь. Для меня этот факт есть яркое свидетельство того, насколько свободным от исторической памяти оказалось сознание современной молодежи. Фактически сознание это оказалось чистой доской для начертаний новейших шаблонов – исторических, ментальных, формул о «русском геноциде украинского народа», о прославлении убийц, пособников фашизма и предателей, в том числе преданных анафеме нашей Церковью. По аналогии с коллективизацией я это называю «мазепизацией всей страны», то есть выращиванием поколений новых манкуртов или даже янычар, людей с извращенным или вовсе отсеченным историческим прошлым. И методы действия современной украинской государственной власти – по сути, большевистские. И как видим, действенные. Мы на своей судьбе почувствовали правоту слов Тараса Бульбы: «Если свой продаст веру и пристанет к угнетателям, то тяжелей и горше быть под его рукой, чем под всяким другим нехристом».

А нам, жаждущим не то быть удушенными в объятиях и страстных любызаниях старушки-Европы, все больше «съезжающей с духовной и интеллектуальной нарезки» (посмотрите на содомистскую «толерантную» вседозволенность в Голландии, на бомбардировки древнего Косова и т. д.), не то мечтающим вечно стоять в европейской прихожей с протянутой рукой и согбенной спиной, держа в заднем кармане брюк образцы вузовских дипломов, испеченных на болонский манер, хорошо бы нам помнить – откуда есть пошла Русская земля.

Для нас многое сходится, конечно же, и на Гоголе, которого теперь принято «пэрэкладаты дэржавною мовой», ничтоже сумняшеся купировать, извращать, как это делает, к примеру, пан Малкович в своем собственном издательстве «А-ба́-ба-га-ла-ма́-га». В переводе «Тараса Бульбы» на украинский он, как истинный ревнитель «мазепизации» и, без сомнения, активный создатель новейшего украинского «пространства литературы», где только мог, удалил в каноническом тексте Гоголя слово «русский» либо заменил его на «украинский». А знаменитых слов Тараса там не вообще! Чтобы хоть частично восстановить справедливость, приведу их:

«Знаю, подло завелось теперь на земле нашей… <…> Милость чужого короля, да и не короля, а паскудная милость польского магната, который желтым чеботом своим бьет их в морду, дороже для них всякого братства. Но у последнего подлюки, каков он ни есть, хоть весь извалялся он в саже и в поклонничестве, есть и у того, братцы, крупица русского чувства. И проснется оно когда-нибудь, и ударится он, горемычный, об полы руками, схватит себя за голову, проклявши громко подлую жизнь свою, готовый муками искупить позорное дело. Пусть же знают они все, что такое значит в Русской земле товарищество! Уж если на то пошло, чтобы умирать, – так никому ж из них не доведется так умирать!.. Никому, никому!.. Не хватит у них на то мышиной натуры их!»

Вослед за нашими великими предшественниками я говорю, разумеется, неизменно о любви. Следует помнить, что Харьковский университет, фактически положивший начало тому Харькову, который мы привыкли видеть, был открыт по императорскому указу, но все ли обращают внимание на слова отца-основателя университета В.Н. Каразина, набранные в чугуне на постаменте его прекрасного памятника: «Блажен уже стократно, ежели случай поставил меня в возможность сделать малейшее добро любезной моей Украине, которой пользы столь тесно сопряжены с пользой исполинской России». Как значимы в этой замечательной фразе все ключевые слова!

Мы должны понимать, что, говоря «русское слово», русская история», «русская земля», мы под этими понятиями понимаем весь Русский мiр, обнимающий всю Русь.

В названии конференции «Пространство литературы – путь к миру, единству и сотрудничеству между славянскими народами» первым стоит слово «пространство». Замечу: не «хутор литературы», а именно пространство, и это слово по-гречески звучит как «космос». То есть Вселенная, мир. И нам следует вести речь о Русском мире. В сегодняшнем написании это слово означает и Вселенную, и мир как состояние, противоположное войне.