Русский национализм и национальное воспитание

Говорят, закрепощение русского народа началось со времен царей Михаила Федоровича и Алексея Михайловича. На деле оно началось от начала Руси. Император Петр I желал надлежаще устроить государство, дать ему мощь и величие, вместе с тем значительно отягчил положение простого народа усилением крепостничества. При его преемниках эта тягота была усилена и значительно расширена. Екатерина II приказала уничтожить унизительное звание раба, но это не помешало ей, как говорит Пушкин, закрепостить миллион вольных малороссов и прочих. Император Александр II дал свободу крестьянам. До тех пор крестьяне были равны со всеми людьми только перед Богом. Александр II сравнял их с остальными гражданами и перед законом. Александр III посвятил свою жизнь устройству жизни этих несчастных и по праву может называться царем крестьян и даже больше царем-националистом, нежели царем-миротворцем. Только император Николай II дал народу права гражданства и призвал его, наравне со всеми сословиями, к участию в законодательстве и закономерной деятельности государства, оставаясь по национальным свойствам народа самодержавным царем.

Тем не менее и ныне наш народ остается темным, бедным, невежественным. То совершенно бесправным, то дерзким нарушителем, не умеющим даже работать. Кто научит его уму-разуму, тот его возьмет в руки и поведет за собой.

Во все времена и во всех государствах интеллигенция всегда брала бедный люд и непросвещенный народ под свою защиту и покровительство. Было и у нас то же. Но лет двадцать пять – тридцать назад русская либеральная интеллигенция забыла о своем народе. Иногда на словах она являлась как бы его печальником, но на деле это было не так. На деле она взяла под свое покровительство quasi-теснимыx и угнетенных инородцев. С пеной у рта и с горячностью, часто наемной и достойной лучшей участи, она защищает теснящих русский народ жидов, поляков, финнов и проч. Причиной тому служит то обстоятельство, что Русское государство, вопреки интересам своего державного народа, дает высшее образование непропорционально большему числу инородцев перед своими детьми. Эти вскормленные на средства, труд и пот русского народа инородцы, пробравшись в кружок интеллигенции, захватили прессу, воздействуют и направляют русскую интеллигенцию и проявляют влияние даже на ход общественных и государственных дел. Это – социальное уродство. Это – общественная ненормальность. Это – государственное преступление. Но это факт. Русская либеральная интеллигенция идет против интересов русского народа. Если это так в большинстве, то меньшая часть интеллигенции – национальная партия – должна взять на себя великую и священную обязанность защиты интересов русского народа. Это ее доля. Национальная партия должна стать не только национальной, но и национально-демократической. Если многие из интеллигентов не пожелали стать националистами, как это мы видим теперь, то народ создаст свою интеллигенцию и с презрением отнесется к тем, кто пренебрегает своим делом. Всяк, кто получил образование, обеспечение и благосостояние на народные средства, обязан отплатить за это своему народу. И всяк, кто пренебрегает своим народом и своим долгом по отношению к нему, является бесчестным по отношению к народу.

Как же национальная партия может служить своему народу? Прежде всего, она должна изучить его нужды, его природные богатства, его условия жизни, а затем научить народ пользоваться этими природными богатствами на благо и благоденствие этого народа. Если национальная партия сумеет разрешить эту задачу, то тогда за этой партией пойдут не только православные, но и католики, и магометане, и русские, и поляки, и армяне, и татары, – только не жиды! Жиды останутся всегда сами собой.

С другой стороны, и национальная партия тогда только будет национальной, когда она будет народной. Она будет заключать в себе не только одну интеллигентную часть нации, но объединит в себе интеллигенцию и народ – основу нации, – а также и другие национальности. Она по всей справедливости будет партией государственной. Таково ее будущее, и такой она может стать, но при одном условии: с народом, через народ и для народа.