Русский Порт-Артур в 1904 году. История военной повседневности

В мирное время за соблюдением уставной формы одежды следили строго. Но уже через несколько дней после начала войны, 31 января 1904 г., начальник Квантунского укрепленного района генерал-лейтенант А.М. Стессель в своем приказе констатировал: «Продолжаю встречать команды 7-й бригады [впоследствии 7-й Восточно-Сибирской стрелковой дивизии. – А.Л.], особенно 28-го полка, в безобразном виде по одежде (не в смысле старости, а в смысле того, как она одета), так и по тому невоинскому виду, в котором они бродят»[266]. Военный корреспондент Е.К. Ножин называл порт-артурский гарнизон в этой связи «в полном смысле разнузданным»[267]. Признавая такую оценку в целом явно преувеличенной, следует, однако отметить, что война внесла дополнительный хаос в вопросы, связанные с обмундированием.

Никакого учета обмундирования, имевшегося у частных фирм, в районе театра боевых действий, не велось. Если принять во внимание периодическое появление, например на порт-артурском рынке, как в мирное, так и в военное время разного рода вещевых запасов частного происхождения, то можно предположить, что при желании за деньги солдаты и офицеры могли приобретать уставную форму одежды. Однако для экономии средств (а зачастую ввиду их нехватки) большинство военнослужащих в период активных боевых действий предпочитало одеваться в нерегламентированные виды одежды. Как правило, это были китайские халаты, другие элементы китайского национального костюма. Это обходилось дешевле и в периоды ожесточенных боев не встречало со стороны командования серьезных препятствий.

Кроме того, уже в мирное время налицо были проблемы с качеством некоторых вещей. Это негативно сказывалось на их повседневном употреблении. В частности, военный врач И.И. Кияницын отмечал, что «в шинелях теперешнего образца (начиная с 1880-х годов) качество сукна не удовлетворяет самым скромным требованиям: при малейшем дожде шинель очень быстро промокает, тогда вес ее очень сильно увеличивается, доходя до 30 с лишним фунтов (что составляло около 12,5 кг). Материал быстро теряет ворс, изнашивается и не дает должной защиты от холода и ветра»[268]. Сухопутный офицер Л.З. Соловьев к числу недостатков солдатского обмундирования относит отсутствие у нижних чинов непромокаемых накидок. Он говорит также о перегруженности солдата снаряжением, которое было положено носить на себе по уставу. Нижнему чину по боевой выкладке приходилось тащить от 200 до 300 патронов в подсумках и патронташе, вещевой мешок, шинельную скатку, котелок, баклагу для воды, топор или лопату, винтовку со штыком. Все это доставляло массу неудобств в повседневном употреблении. Л.З. Соловьев пишет: «Мешки (снаряжения) связывают солдата: они режут, оттягивают ему плечи; на ходу болтаются, на бегу бьют по ногам, сбивая с ног <…> стрелок должен возиться с мешками, мешающими ему удобно лечь, поднимаясь, стрелок подхватывает свои съехавшие на сторону мешки; ползет – они цепляются и волочатся по земле»[269].

Так выглядел солдат русской армии во время учений мирного времени и в первый период Русско-японской войны. Впоследствии, ввиду позиционного характера боевых действий под Порт-Артуром, при длительных позиционных противостояниях в Маньчжурии большую часть носимого снаряжения солдаты оставляли в окопах, либо в ближнем тылу.

И тем не менее, из опыта первых же боев на Квантунском полуострове командир 5-го Восточно-Сибирского стрелкового полка полковник Н.А. Третьяков вынес следующее убеждение, отразившееся в его воспоминаниях: «Нам необходимо бросить все, что наш солдат носит в ранце, затем положить в этот ранец следующие предметы: 1 рубашку, 1 кальсоны, 1 пару портянок, пучок пакли, масленку, несколько иголок, 1 пучок ниток и сухарей на два дня. Все остальное самым решительным образом долой»[270].

Таким образом, говорить об удобстве уставного солдатского снаряжения и некоторых видов обмундирования не приходится. Как известно, Русско-японская война ускорила введение новых образцов обмундирования и снаряжения во всей русской армии. К этому следует добавить, что солдаты, скажем, порт-артурского или владивостокского гарнизонов даже по своему уставному внешнему виду проигрывали матросам эскадры. Матросам не приходилось на себе носить все свое имущество. Исходя из этого, можно утверждать, что форма одежды влияла на формирование определенных стереотипов в психике и поведении солдат, которые чувствовали себя весьма неуютно на фоне бравых представителей флота.