Русско-японская война, 1904-1905: Итоги войны.

Взгляды на эти способы были различны, но по основным вопросам состоялось полное соглашение, в том числе:

А. По маньчжурскому вопросу.

В заключение совещания по вопросу о Маньчжурии 20 июня значится: «Ввиду чрезвычайных трудностей и огромных расходов по управлению, неизбежных в случае присоединения к России Маньчжурии, таковое присоединение всеми членами совещания признано принципиально нежелательным не только в отношении всей, но даже одной северной ее части».

Б. По корейскому вопросу.

Относительно Кореи совещание в заседании 19 июня высказалось, что занятие Россией всей Кореи или северной ее части невыгодно для России, а потому и нежелательно. Между тем наша деятельность в бассейне Ялу могла дать повод Японии опасаться захвата нами северной части Кореи. [161]

В заседании 24 июня были приглашены егермейстер Балашов и подполковник Генерального штаба Мадритов для объяснений по вопросу о положении в то время русского промышленного предприятия на р. Ялу.

Из представленных объяснений выяснилось, что предприятие это можно было считать с юридической точки зрения оформленным: на левом берегу р. Ялу полученной от корейского правительства концессией, на правом — полученными от китайских властей рубочными билетами.

Хотя после сообщения на Квантуне заключений совещания 5 апреля деятельность лесного предприятия потеряла в значительной степени вызывающий характер, тем не менее эта деятельность все еще не могла признаваться чисто коммерческой. На службе в товариществе к 24 июня 1903 г. состояло 9 старших агентов, в том числе один офицер, 97 или 98 запасных нижних чинов, сопровождающих плоты от Шахецзы до устья реки, до 200 китайцев (из Чифу) и около 900 поденщиков корейцев. Делами товарищества руководил, не состоя на службе товарищества, подполковник Генерального штаба Мадритов. Обсудив все представленные совещанию доводы, все члены совещания пришли к заключению, «что русское Лесопромышленное товарищество является действительно делом коммерческим, причем, однако, участие в нем офицеров действительной службы и производство ими работ, имеющих военное значение, придают этому предприятию несомненно военно-политический характер».

Поэтому совещание, дабы отнять у Японии повод усматривать в деятельности Лесного товарищества предприятие военно-политического характера, признало необходимым «немедленно принять меры к приданию нашей деятельности на Ялу исключительно коммерческого характера, устранив от участия в предприятии офицеров действительной службы и поручив ведение лесного дела лицам, не состоящим на государственной службе».

Означенное заключение 24 июня было подписано всеми членами совещания, не исключая и статского советника Безобразова. [162]

В. По экономическим вопросам.

Я совершенно уклонился от рассмотрения экономических вопросов, касающихся Маньчжурии, и высказал мнение, что в этих вопросах наиболее компетентно Министерство финансов.

На статского советника Безобразова было возложено, при содействии сведущих лиц, им приглашенных, разработать следующие вопросы: «1) какие меры следует принять и какой экономической политики в Маньчжурии придерживаться, чтобы содействовать сокращению дефицита по Восточно-Китайской железной дороге; 2) насколько мероприятия к увеличению доходности дороги и экономическая политика Маньчжурии, которую предложат сведущие лица, отразятся на экономическом положении Приамурского края?».

На означенную подкомиссию было возложено и составление списка всех тех частных предприятий, кои уже фактически существовали в пределах Маньчжурии.

В заседании 28 июня, которое было последним, совещание выслушало заключение подкомиссии по экономическим вопросам, и «заключение это решено принять к сведению без обсуждения и приложить к сему журналу».

Генерал-адъютант Алексеев предложил дополнить это постановление совещания выражением, «чтобы при рассмотрении вопросов о нашем дальнейшем экономическом развитии в Маньчжурии, мы бы стремились к тому, чтобы более не вкладывать сюда средств государственной казны».

К этому предложению генерал-адъютанта Алексеева присоединились другие члены совещания, кроме статского советника Безобразова, который не признал возможным высказаться по этому вопросу{23}.

Никаких других заключений по экономическим вопросам вообще или каким-либо предприятиям в Маньчжурии участники совещания в крепости Порт-Артур не [163] подписывали и дел экономического характера не рассматривали.

Из изложенного видно, что заявление г. Рославлева о том, что члены совещания подписали свои имена под журналом, ставившим безобразовские авантюры в ряд полезных государственных предприятий, составляет вымысел, неизвестно на чем основанный.

Немедленное приведение в исполнение постановлений совещания в Порт-Артуре по прекращению военно-политической деятельности лесного предприятия на р. Ялу зависело от генерал-адъютанта Алексеева, в силу предоставленных ему прав.