Русско-японская война и ее влияние на ход истории в XX веке

В результате победы Японии не только обострился страх перед «желтой опасностью» в Азии[247], но и нарушился баланс сил в Европе, в частности потому, что исчезла угроза русского непобедимого катка, которая сохранялась на протяжении нескольких предыдущих лет [Seligmann 2007: 110–116]. Развеялся кошмар Германии о войне на два фронта с Францией и Россией, поскольку Русско-японская война «оказала значительное влияние на международную репутацию российских вооруженных сил и на оценку военного потенциала государства Романовых» [Seligmann 2007:116–117], сделав очевидной слабость царских армии и флота. Ввиду «недавно подтвержденной некомпетентности» возможного врага на Востоке нападение России в ближайшие годы стало считаться невозможным, а царская армия превратилась в «сломанный инструмент» в руках ни на что не способного лидера [Seligmann 2007: 177]. В данной главе эти изменения будут подробно проанализированы с целью показать, насколько сильно политическая стратегия Германской империи подверглась влиянию событий в Маньчжурии, и продемонстрировать, что план Шлиффена являлся прямым следствием Русско-японской войны как транснационального фактора мировой истории.

Внешняя политика Германии в 1904–1905 годах

Задним числом может показаться, что увидеть ослабление позиции Германии в 1904–1906 годах просто. Германская империя не только отстранилась от России и Японии, но и оказалась изолирована в Европе после конфликта с Францией и Великобританией из-за Марокко в 1905 году, что привело к ее международной изоляции на Альхесирасской конференции [Steinberg 1970:1965]. Политической ситуации в Германии угрожала антиберлинская коалиция, однако Русско-японская война давала правительству и императору некоторую надежду на сближение с другими странами. При добросовестном посредничестве Бисмарка политическое руководство пыталось склонить Россию на сторону Германии, помогая Российской империи защищать свои права и нужды на международной арене. Также в Германии очень хотели внести раскол в отношения России и Франции, чтобы получить возможность стать союзником России вместо Франции по двустороннему договору между Санкт-Петербургом и Берлином.

Франция не поддержала войну, а «все больше французов, разочарованных некомпетентностью своего союзника и неудовлетворительными торговыми отношениями с Россией, начинало задаваться вопросом, бесконечно ли они будут выдавать ей займы» [Long 1974: 214]. Однако российскому министру финансов Коковцову было необходимо финансировать войну, стоимость которой к концу 1904 года уже составляла 803 миллиона рублей [Long 1974: 215]. Необходимые для войны займы выдавали французские банки, даже несмотря на то, что Россия проиграла свои первые сражения, поскольку все верили, что русская армия в конечном счете победит крошечную азиатскую островную империю. Вследствие займов французская промышленность требовала взамен большего числа заказов из России, в особенности потому, что в результате развития России уменьшилась прибыль металлургической промышленности Франции, которая могла бы восстановиться после событий в Маньчжурии и из-за связанных с ними потребностей русской армии. Таким образом, Франция выдавала займы на определенных условиях. Так, в июле 1904 года Витте отправился в Германию на переговоры по новому соглашению с Германской империей, потому что Россия посчитала слишком дорогой тарифную войну, которую вела с ее соседом одновременно с войной с Японией. Витте осознавал военные и экономические последствия войны и прямо говорил о том, что России «потребуется двадцать или двадцать пять лет, в течение которых ей придется заняться исключительно внутренними делами и поддерживать мир во внешней политике»[248].