Русско-шведская война. 1610–1617

Таким образом, у Варлаамовской башни и Варлаамовских ворот находилось в 1633 г. 25-фунтовая пищаль «Соловей», 4 полуторные 6-фунтовые пищали, оттирки 2–6-фунтовых и 1–4-фунтовых орудий. Всего 8 орудий среднего и крупного калибра на участке длиной около 100 метров. Можно предположить, что количество орудий в 1615 г. на этом участке было аналогичным.

О численности профессиональных воинов в составе гарнизона Пскова дает представление приходно-расходная книга Разряда 7123 г. Так, 12 мая из Москвы в Псков отправлено жалованье 275 псковским и новгородским дворянам и детям боярским, а также 301 стрельцу. На следующий день в Псков отправлено жалованье 66 пусторжевским дворянам и детям боярским. Уже во время осады – 23 августа отправлено в Псков жалованье для трех атаманов, 6 есаулов, 196 конных и 119 пеших казаков[475].

Численность гарнизона Пскова[476]

По разрядной книге 124 г. известно, что в январе 1616 г. в псковском гарнизоне находились 80 пушкарей. Численность пушкарей примерно равна численности орудий в Пскове.

Большую часть гарнизона составляли ополченцы. В разрядной книге 124 г. упомянуто, что в январе 1616 г. в Пскове было 3130 человек «посадских лутчих и средних и молотчих». Можно предположить, что накануне прихода армии Густава Адольфа количество ополченцев было несколько большим[477].

В XVI–XVII вв. обыватели при нашествии должны были выставлять ополчение. Ополченцы обязаны были прибыть с тем оружием, которое записано в особых переписных книгах. Так, согласно переписной книге по Москве 1638 г.: 58 % имели огнестрельное оружие, 25 % – рогатины или бердыши, 12 % – сабли и пищали, 5 % – пищали и рогатины. Следовательно, ¾ ополченцев были вооружены огнестрельным оружием. В провинции, даже в более позднее время, дела с оснащением огнестрельным оружием обстояли хуже. В Ростове в 1676 г. посадские люди имели следующее оружие: 446 – бердыши, 243 – рогатины, 66 – пищали и 2 топорки. Таким образом, с огненным боем на защиту Ростова выходило только 9 % ополченцев[478]. Псков был известен своими пищальниками с начала XVI в., поэтому можно предположить, что оснащенность ополченцев огнестрельным оружием была высокой.

По подсчетам автора, общая численность гарнизона составляла: 341 дворянин и сын боярский, 301 стрелец, 196 конных и 119 пеших стрельцов, 80 пушкарей и до 3500 ополченцев. Всего около 4100–4500 воинов.

Гарнизон Пскова решил биться со шведами до смерти. Так, лазутчик Д. Ржева, со слов купца Савостки Вощеницина, торговавшего в шведском лагере, передавал: «А от короля де выхотцы во Псков в город живут частые, а из города к королю переметчиков никоим обычаем не бывало, а отказывают де им из города, что до последнево человека, сидя в осаде, помереть, а города и границы не дать, битца до смерти». Плененный в ходе вылазки и бежавший из шведского лагеря Томило Белухин также свидетельствовал: «А сидят де во Пскове в осаде всякие люди добре крепко и меж себя крест целовали, что битца до смерти, а города не здать»[479].

Что касается продуктов, то гарнизон и местные жители собрали озимую рожь на близлежащих полях. К сожалению, приход войск Густава Адольфа в конце июля не позволил собрать яровые. Тем не менее псковичи «хлеб, переписав, меж себя розделили, а станет де хлеба в осаде до Рожества Христова» (т. е. до 25 декабря). Таким образом, был учтен опыт зимы 1614/15 г., когда шведы отрезали подвоз хлеба в Псков из Дерпта[480].

С весны 1615 г. первым воеводой Пскова был Василий Петрович Морозов. Он происходил из старомосковского боярского рода. Начал службу есаулом в Ругодивском походе 1590 г. Затем был назначен на воеводство в Тулу, в 1596 г. стал воеводой в Пскове. В 1601 г. царь Борис Федорович Годунов пожаловал Василия Морозова в окольничие. В 1604–1605 гг. воевал против Лжедмитрия I и не предал Годуновых, как многие представители знати. В 1606–1607 гг. по приказу нового царя Василия Ивановича Шуйского сражался против болотниковцев. В награду за службу в 1607 г. получил боярский сан. В 1608 г. Морозов был назначен первым воеводой Казани. В 1611 г. Василий Петрович откликнулся на призыв П.П. Ляпунова и присоединился к Первому ополчению. Но после убийства Ляпунова он покинул Первое ополчение, осаждавшее Москву. В начале 1612 г. Морозов примкнул к Второму ополчению князя Дмитрия Пожарского и был в числе освободителей Москвы от польско-литовских интервентов. Участвовал в Земском соборе 1613 г., затем вошел в состав правительства Михаила Федоровича, поскольку по линии его матери состоял с ним в родстве[481].