Русско-шведская война. 1610–1617

Хотя армия использовала фитильное ружье и обычно оно достаточно надежно работало на поле боя, имелись технические недостатки, преодолеть которые оказалось невозможно. Возможно, главным из них было то, что пехота, вооруженная фитильными ружьями, была уязвима для атак кавалерии на марше. Они также были уязвимы в лагере в случае внезапного нападения. Фитиль загорался медленно. А при зажжении быстро горел (около 10–15 см в час). По этим причинам армия пошла на компромисс. На марше только каждый десятый солдат держал фитиль зажженным. Конечно, это по-прежнему означало, что большинство оставалось уязвимым для внезапных атак. Во время своих кампаний в Речи Посполитой Густаву-Адольфу пришлось нанимать лучников для защиты пехоты во время марша. Густав Адольф использовал финских лучников по крайней мере в 1627 г., а почти наверняка и раньше. Поскольку и финны, и саамы (саамы из северной Скандинавии) были известны как превосходные лучники, и широко распространено мнение, что обе группы используют магию, это, возможно, послужило основой для повторяющихся мифов о том, что Густав Адольф использовал такие экзотические войска в Германии. В лагере фитили были распределены в центральных местах, чтобы мушкетеры могли поспешить туда и быстро зажечь свой фитиль, когда прозвучит сигнал тревоги. Кроме того, в дополнение к своему основному оружию каждый пехотинец имел в качестве личного оружия рапиру или топор.

Шведская армия в первой половине XVII в. также использовала снайперов, вооруженных специальными длинными ружьями, напоминающими охотничьи ружья, которые использовались одиночными стрелками. Такие длинноствольные мелкокалиберные нарезные ружья были известны как ружья Смоланда, по названию провинции, в которой многие из них производились. С XVI в. они использовались в качестве снайперских винтовок небольшим количеством опытных стрелков. Неизвестно, когда эта практика закончилась; однако снайперы этого типа существовали в шведской армии по крайней мере в начале XVII в., а возможно, и на протяжении всей Тридцатилетней войны[54]

.

Пикинеры

. Часть пехотинцев были вооружены пиками. Пика была важным оружием, которое прикрывало пехоту от конницы. В Западной Европе, а затем также и в Швеции, по традиции пикинер ценился выше мушкетера. Однако ношение пики и доспехов долгое время было непопулярно среди воинов, несмотря на то, что их жалованье пикинеров было выше, чем у стрелков[55]

.

Тем не менее, когда Густав Адольф вступил на трон, он приложил много усилий для увеличения количества пикинеров. Призывная система позволяла стандартизировать оружие и снаряжение в большей степени, чем при использовании услуг военных рекрутеров, когда в армию принимались уже сформированные подразделения иностранных солдат. Например, в Европе пика была непопулярна, так как была тяжелой и громоздкой. В результате в большинстве наемных подразделений мушкетеров было гораздо больше, чем пикинеров. Было подсчитано, что в Германии соотношение пикинеров и стрелков в начале XVII в. составляло 1:1, а к 1618 г. оно изменилось до 1:2. Для сравнения, в 1621 г. голландцы и шведы придерживались соотношения 1:1,25 и 1:1,33, соответственно. Таким образом, голландское или шведское пехотное подразделение, действующее в полевых условиях, состояло примерно на 44 % из пикинеров и на 56 % из стрелков. По сравнению с Германией, где было трудно набрать добровольцев в пикинеры, шведская модель призыва воинов и их вооружения из государственных арсеналов позволяла установить более высокое соотношение пикинеров к мушкетерам[56].