Русы во времена великих потрясений

Следы каких-то весьма ранних контактов с Прибалтикой фиксируются в некоторых важных центрах северо-запада Руси, связанных впоследствии с варягами. В Старой Ладоге найдена перекладчатая фибула эстонского происхождения, датируемая III в. Поскольку столь ранних слоев на этом поселении не обнаружено, вопрос о пути попадания этой фибулы в Ладогу остается открытым, хоть, как отмечалось выше, на территории Любшанского городища была получена одна экстремально древняя радиоуглеродная датировка занятия населения там земледелием, как раз относящаяся к этому век. Исследовавший фибулу О.В. Шаров допускает мысль, что ее появление может оказаться неединичной и совсем не случайной находкой на Северо-Западе. Он констатирует, что аналогичное происхождение отмечается и для ранней арбалетной подвязной фибулы III в. с городища Георгий в Северо-Западном Приильменье, притом что в 300 метрах от городища находилось селище Васильевское-1, в культурном слое которого встречены фрагменты сетчатой и штрихованной керамики, датирумой III–IV вв. Таким образом, в последнем случае находка в слое городища фибулы связана с населением, проживавшим в этих местах[556]. Следует отметить, что городище Георгий находилось в среднем течении реки Веряжи и в центре всего поозёрского скопления поселений, выполняя там какие-то административные функции. Именно там был обнаружен нож с волютообразными завершениями рукояти, свойственный в первую очередь западным славянам[557].

Некоторые из перечисленных выше данных позволяют предположить весьма раннее начало продвижение части русов из Прибалтики на территорию современной Германии, начавшееся еще до гуннской эпохи. Впоследствии оно могло усилиться, и одной из причин этого могло быть существенное изменение климата: в Эстонии около рубежа V–VI вв. наблюдается значительное похолодание, сопровождающееся заметным понижением уровня годовых осадков[558]. Переселение это было достаточно масштабным, поскольку довоенные археологи даже отмечали обезлюдение целых областей в Прибалтике, в частности западных областей Эстонии[559]. В советский период это отрицалось, однако последние исследования показали, что в позднеримское время в Эстонии появляется мало новых могильников, что соответствует какому-то демографическому спаду, который, похоже, был преодолен в V–VI вв.[560] Если обратиться к более южному региону, то Куршское побережье Литвы и Латвии в конце позднеримского времени и в эпоху Великого переселения народов обезлюдело[561]. Судя по всему, значительная часть жителей Прибалтики в период Великого переселения народов и сразу после него направилась осваивать новые земли.